А сейчас ярко сияли огни, мигали многочисленные рекламные вывески, в развлекательные заведения входили и выходили броско одетые, громко смеющиеся люди и двуликие.
У входа в сияющий золотом шестиугольный вход клуба «Соты» проверку проходила громкоголосая и донельзя перевозбужденная ватага парней, возглавляемая симпатичным блондином с цветком в петлице. Время от времени его поздравляли, хлопали по плечам и призывали оторваться перед свадьбой.
Ого. Мальчишник!"
"Девочки из университета много смешного рассказывали о мальчишниках, но, учитывая, что все их впечатления начинались со слов «Выскакиваю я из торта и вижу…», вряд ли эти истории были по-настоящему объективными.
Жениха и товарищей внимательно изучали два типа, с табличками сотрудников клуба на пиджаках. Серокожий амбал, похожий на помесь кого-то из низших фейри. И низенький мужчина в бархатном пиджаке. Он постоянно вытирал потеющий лоб большим белым платком и склонял голову то к правому, то к левому плечу.
Его слабенькие щупы, похожие на паучьи лапки, осторожно притрагивались к подходившим и тут же пугливо отдергивались назад.
Менталист.
Кивок. И молодые люди пропущены дальше к мальчишнику своей мечты.
А нас от входа и проверки отделяет только компания из трех парней и двух девиц. Одна из них, эффектная брюнетка с полными алыми губами и кошачьим прищуром зеленых глаз оглянулась при нашем подходе и мгновенно преобразилась, выцепив из всей нашей группы именно Диего.
Скучающий вид сменился манящей томностью, грудь подалась вперед, волшебным образом увеличившись минимум на размер.
Маленький носик дернулся, ловя запахи. Оборотница.
— Ой, — сказала она, уронила на мостовую сверкающую бусинами вечернюю сумочку и медленно наклонилась за ней. Демонстрируя под подолом короткого платьица блестящие черные трусики и развитые седалищные мышцы. Или как там они называются.
— Охренеть! — оценил Буч, окутываясь мужским интересом. Теперь его спасать не придется, весь профессиональный налет слетел с полутролля как пудра с упавшей булочки.
— Девушка, вы необычайно хороши с этого ракурса! — это Вито.
Вампир предсказуемо не среагировал. Зато Диего, явный оборотень по повадкам и ловким движениям, вдруг полностью потерял эмоциональное поле. Обесцветился, вымерз, почему-то глядя на меня. Пустота.
И в нашу сторону резко, по кукольному, словно на невидимых шарнирах, повернулась голова низенького менталиста.
Засада произошла там, где я не ожидала.
