Шестерка воронов

Каз аккуратно положил Инеж на стол, привинченный к полу.

– Она потеряла много крови, – тихо прошептала Нина.

– Помоги ей.

– Каз, я сердцебитка, а не настоящий целитель.

– К тому времени, как мы найдем его, она умрет. Приступай к работе.

– Ты перекрываешь мне свет.

Каз отошел в сторону. Инеж лежала на столе абсолютно неподвижно. Ее светящаяся коричневая кожа темнела в мерцающем свете газовых ламп.

Он был жив благодаря Инеж. Как и все остальные. Им удалось выбраться из тупика, но только потому, что она не дала врагам окружить их.

Каз был знаком со смертью. Он чувствовал ее присутствие на корабле, она уже нависла над ним, готовая забрать у него Призрака. Он был весь в ее крови.

– Если не можешь помочь, лучше уйди, – сказала Нина, не поднимая головы. – Ты действуешь мне на нервы."

"Каз помедлил, а затем пошел той же дорогой, которой пришел, войдя в другую каюту, чтобы сменить рубашку на чистую. Драка в доках не должна была так его потрясти, выбить из колеи, но, тем не менее, он был обеспокоен.

Что-то внутри него саднило и зудело. То же самое он чувствовал в детстве, в первые отчаянные дни после смерти Джорди.

«Попроси прощения».

Это были последние слова Инеж. За что она хотела услышать извинение? Было столько вариантов. Тысячи преступлений. Тысячи глупых подколок.

Выйдя на палубу, Бреккер глубоко вдохнул свежий морской воздух и стал наблюдать, как гавань и Кеттердам исчезают за горизонтом.

– Ну и что, черт возьми, произошло? – спросил Джеспер.

Он опирался на перила, держа в руке винтовку. Его волосы были взъерошены, зрачки расширены. Он казался пьяным или только что вылезшим из чужой постели. Джеспер всегда так выглядел после битвы. Рядом над перилами склонился Хельвар – его тошнило. Моряк из него так себе. В какой-то момент им придется снова надеть на него кандалы.

– Мы попали в засаду, – отозвался Уайлен с боковой палубы. Он задрал себе рукав и проводил пальцами по красному пятну в том месте, где Нина зашила его рану.

Джеспер окинул его уничижительным взглядом.

– Личные репетиторы из университета, и это все, что этот ребенок может сказать? «Мы попали в засаду»?

Уайлен покраснел.

– Хватит называть меня ребенком! Мы почти ровесники.

– Тебе не понравятся другие клички, которые я припас для тебя. Все знают, что мы попали в засаду. Это не объясняет того, как они узнали, что мы будем здесь.