Затем он посмотрел на внушительный ноутбук, который лежал на разрушенном кирпичном столбе, раскрыл его, нажал пару клавиш и вскоре на экране появилось лицо Юрьевского. Князь оказался гораздо гаже, чем на фото. Не люблю такие физиономии, так и хотелось стереть улыбочку с его рожи.
— Здравствуйте, Владимир Михайлович, — сказал он.
Слышимость оказалась хорошей, а эхо еще и усиливало звук.
— Давайте обойдемся без лишних слов, князь. Не могу сказать, что разговор с вами доставляет мне большое удовольствие и, если вы не против, закончим его поскорее.
— Что же, это взаимно…"
"— Я вижу, вы не нашли в себе сил приехать лично? — спросил я и кивнул в сторону Шадраха, который напоминал мне тигра, в нетерпении ожидающего, когда представится удобный момент для нападения. — Поэтому прислали своего слугу?
— Полегче, мой юный друг, — сказал он и скривился, будто я отвесил ему звонкую пощечину. — Впрочем, все равно что вы говорите… Приступим к делу. Я хочу сделать вам предложение, думаю оно вам понравится.
— Попробуйте, — пожал я плечами.
— Но хочу предупредить — мне трудно угодить, князь.
— Может быть вам будет полегче, если я скажу, что второго шанса принять его у вас не будет. Я привык делать всего лишь один шаг на встречу.
— Звучит словно вызов, Борис Сергеевич. Признаться, я даже несколько заробел… Но, может быть, вы все-таки начнете говорить по делу, вместо того, чтобы сыпать громкими фразами?
— Я хочу, чтобы вы потеряли интерес к компании «Транснефть-Эрго». Совсем забыли про нее.
— Вот как? Что же вы хотите предложить взамен?
— Вы продадите свою долю мне, а я выкуплю ее у вас за полную стоимость.
— Это какую, разрешите узнать?
— Справедливую, разумеется. Вы продадите мне акции по номинальной стоимости, и я у вас их куплю. Все до одной.
— Щедрое предложение, — кивнул я. — Вот только есть один нюанс, который вы не учли. Любой с радостью выкупит их у меня за такую цену, не так ли? Почему я должен продавать их именно вам? Если честно, я ожидал от вас чего-нибудь более интересного, а не вот этого вот… Вы меня огорчаете, князь — никакого воображения.
— Я еще не договорил, — сказал он и в его голосе появились металлические нотки.
— В таком случае продолжайте, внимательно слушаю.
— Кроме денег, я оставлю вам вашу жизнь. Немногие могут похвастать таким везением после того, как провели со мной неудачные переговоры.
— Охотно верю, — сказал я и посмотрел на Бадави, напряжение которого я легко чувствовал даже находясь за несколько метров от него.
