Шестой Дозор

– Послезавтра вам звонить не стоит, – сказал я, беря бокал и придвигая свой стул к их столику. – Завтра вы весь день проведете с мелким русским олигархом, пытаясь уговорить его вложиться в ваш ресторан. Истратите на это последние деньги, а зря, вино он вообще не любит, лобстеров ненавидит. Послезавтра вы будете просить у банка отсрочки по кредиту. Так что Егору не стоит звонить вам завтра, послезавтра… Да и вообще не стоит.

Роман смотрел на меня, открыв рот. К идеально белоснежному пластиковому зубу прилип комочек кровавого фарша.

– Рот закрой, – посоветовал я. – И выметайся.

В последние слова я вложил чуть-чуть Силы – слишком мало, чтобы это вообще считать воздействием, но достаточно, чтобы парижский ресторатор русского происхождения вскочил как ошпаренный.

– Городецкий, ну ты нахал! – с восхищением сказал Егор.

– Кстати, здравствуй, – сказал я.

К моему удивлению, он даже вскочил и облапил меня.

– Ну, Городецкий… Если ты скажешь, что мы встретились случайно…

– Конечно, нет, – сказал я. – Я тебя искал.

– Извиняю. Ты вино будешь?

– Я со своим, – перетащив бутыль со столика, сказал я. – Мы в гости без подарков не ходим. А ты… – Я запнулся.

– Вырос? – усмехнулся Егор.

– Нет, вырос ты давно. Но как накачался! Заматерел, в общем!

Егор и впрямь выглядел атлетом. Со спины я думал, что все дело в куртке, но она оказалась ни при чем. Широкие плечи, наверное, Егору дали занятия плаванием в детстве, но, похоже, он и последние годы не валялся на диване.

– Зато ты такой же, как был, – сказал Егор.

– Спился? – обреченно спросил я. – Мне тут несколько раз сказали…

– Устал. Ты какой-то совсем помятый и печальный. Что-то стряслось?

– Я расскажу. Только давай сядем, выпьем. Съедим чего-нибудь. Я прямо с самолета. Там, правда, хорошо кормили…

– Что случилось? – спросил Егор, глядя мне в глаза. – Я, может, мысли читать и не умею, но у тебя все на лице написано.

– Кризисная ситуация, – сказал я. – Если в двух словах… Какая-то древняя хрень ожила и хочет всех прибить.

– Ктулху, – кивнул Егор.

– Какой такой Ктулху? – не понял я. – А, Лавкрафт…

– Совсем ты от жизни оторвался, – сказал Егор. – Лет на двадцать. Ты даже бородатых анекдотов не понимаешь. Ладно, неведомая хрень хочет всех убить. Кто эти все? Иные?

– Вначале Иные. Потом люди. Может быть, даже и звери. В общем – все.

– Наверное, это какой-то ботаник, – предположил Егор. – Стремится защитить растительный мир.

– Тебе надо комиксы сочинять, – сказал я.