Шестой Дозор

– Но как она, – я поморщился, – если это «она», а не «он», прошла к нам в офис?

– С трудом, вероятно. – Гесер помолчал. – Защита нашего офиса очень надежна. Но если допустить несколько факторов, то просочиться можно.

– Каких? – спросила Ольга с любопытством. – У меня есть и свои версии, но я бы хотела услышать.

– Высший уровень Силы, – сказал Гесер. – Цвет… Светлый или Серый. Отсутствие вредоносных намерений. При этих условиях преодолеть наложенные чары возможно. А умея стирать память – можно пройти и мимо охраны.

Либо заблокировав у них воспоминания об отъезде уважаемой Киллоран, либо стерев вообще воспоминания о прошедшей мимо Иной. Я думаю, что, проверив всех, кто был на охране, мы найдем эти блоки, снимем их и узнаем день и час, когда она пришла.

– Ушла она только что, – сказал я. – Я ведь сразу после разговора двинулся искать Ольгу, она обещала сама отдать документ на перевод. А на самом деле явно вышла вслед за мной и смылась. Борис Игнатьевич, так кто это может быть? Светлых Высших мы всех знаем, нас не так много, даже отставников.

Серые – это Инквизиторы?

– Не обязательно, – сказала Ольга. – Это могут быть Иные в процессе смены цвета. Сам знаешь, случается потрясающе редко, обычно с Высшими. Иногда цвет меняется до конца, иногда застывает посередине, как у Инквизиторов.

– Высший, могущий быть любого цвета, – сказал я. – Прекрасно. Чувствую себя идиотом.

– Не надо, – сказал Гесер. – Если я за свою довольно долгую жизнь не подумал об опасности амнезийного воздействия – то я и есть самый больший идиот.

– В любом случае влиять должен был Высший, – сказала Ольга. – И очень-очень профессионально. Мастерски.

– Я понимаю, к чему ты, – кивнул Гесер.

– И я тоже, – пробормотал я. – Вампиры. Даже самый слабый вампир – мастер амнезии.

– Причем не только из-за секрета в слюне, – кивнула Ольга. – Высший вампир – мастер иллюзий. Это мог быть даже мужчина… Ты там с ней не целовался, Антон? А то, может, это не вампирша, а вампир был.

– Тьфу на тебя, – ответил я.

– Ладно-ладно, я Свете ничего не скажу.

– Еще раз тьфу, – сказал я с чувством. – Спасибо за попытку меня развеселить, но я в порядке. Борис Игнатьевич, больше ничего нет? Вмешательств, маячков?

– Нет. – Гесер покачал головой. – Все было сделано ювелирно. Как ни трудно мне это предположить, но возможно – наш незваный гость желал добра.

– Будь он самым что ни на есть Темным, умирать ему тоже не хочется, – кивнула Ольга.