Шевалье

Я стоял, прижавшись к противоположной стене, и с трудом сдерживал рвотные позывы. Вонь от настойки, пропитавшей гамбезон, была просто невыносима. Рядом спрятавшись за старой бочкой «благоухала» Айлин. Судя по бледному лицу девушки, ей тоже не пришлась по душе процедура измазывания в этом… Этой настойке. Но больше всех возмущался Болек. Бедный старик сначала чуть было инфаркт не схватил, когда увидел, что мы с ней делаем, а затем, громко матерясь, попытался забрать у нас бутыли, чтоб потом «использовать их для личных нужд».

Пришлось напоминать ему, что он вообще-то обещал завязать с выпивкой, а потом ещё и проставляться обычным пойлом, чтобы хоть как-то утешить страдальца.

Я представил себе, как Болек заливает себе в глотку эту гадость, и меня аж передёрнуло от омерзения.

— Что-то долго их нет, — прошептала Айлин, — Наверное что-то заподозрили. Или корчмарь их предупредил.

— Жди, — осадил её я, пытаясь прислушаться к странному шороху, доносившемуся из дальнего конца проулка. Что-то в нём было странное.

Как будто кто-то неторопливо скрёб старую деревянную дверь длинными, острыми когтями, выкрашивая из потрескавшихся и рассохшихся досок подгнившую щепу.

Из-за тяжелых низких туч показался серебристый краешек луны, тут же заливший всю округу тусклым, мертвенно-бледным светом. Над головой прогудел, хлопнув неплотно прикрытой ставней, порыв холодного ветра. Где-то вдалеке завыл дворовый пёс. Скрежет прекратился. Как будто тот, кто скрёб то ли дверь, то ли деревянный ящик, тоже насторожился прислушиваясь к звукам ночи.

По спине пробежал холодок. Пальцы сами собой сложились в щепотку, а в голове тут же появился образ нужного заклинания. Огонь. В мире, куда я попал, эта стихия могла побороть практически любую нечисть. Не зря же даже орден вкладывал в руки своим бойцам именно пылающие клинки.

Внезапно Вернон нагнулся и что-то поднял с земли. В темноте трудно было разобрать, что именно он нашёл, но мне показалось, что это был просто небольшой камушек.

Немного покрутив его в руке, лекарь внезапно размахнулся и со всей силы запустил свою находку в густую ночную тьму. В сторону противоположную той, откуда доносился странный скрежет.

Первые несколько мгновений ничего не происходило. Затем до нас донёсся тихий, едва различимый стук. Один. Второй. Камень ударился о стену дома и упал на мостовую. Вновь тишина. А затем… Мимо нас, обдав потоком смрадного ветра, на скорости гоночного болида, пронеслась крупная тень.