Шевелится - стреляй! Зеленое - руби!

Следуя совету, я осторожно выглянул из пещеры.

— Ядрена кочерыжка! Откуда их столько?

Анар только пожал плечами.

В лесу около пещеры, там, где недавно прятались мы, теперь толпились тролли — голов этак сто! На уцелевшие остатки уничтоженного нами сообщества такое сборище гоминид походило мало, да и на другое племя тоже. Скорее уж союз племен. Со всех окрестностей, видать, сбежались — и быстро-то как, часу не прошло! Вконец оборзевшие обезьяны даже не утруждали себя маскировкой, просто держались вне досягаемости выстрела.

Хотя… я мог бы снять парочку из лука, но смысла в этом не видел — только разозлишь, а штурм нам сейчас ни к чему.

Ситуация выглядела паршиво. Прорваться нам явно не удастся, а если и случится такое чудо, то оторваться и уйти все равно не получится. Других выходов из подземелья тоже нет. Если тролли пойдут на приступ, то, скорее всего, мы отобьемся, если, конечно, они не решат положить тут почти всех, задавив нас массой. А вот обычную осаду нам долго не выдержать — здесь даже воды нет.

Короче, полная жопа! Вариантов нет. Остается только красиво умереть, подороже продав свою жизнь. Но такой исход меня почему-то не устраивал.

— Что делать будем? — повернулся я к двергам.

Анар, видимо, уже прикинул возможные варианты, поэтому ответил сразу:

— Если Свиор ничего не придумает, мы отвлечем внимание, ударив по троллям, а ты попытаешься проскользнуть. Шанс у тебя будет.

Я кивнул.

Готовность двергов пожертвовать собой, позволяя мне уйти, не удивляла, но уважение вызывала.

На мне был завязан весь план кампании, а сейчас мы реализовывали только ее первую часть. Что до двергов, то, как я успел убедиться, ценность отдельной личности у них стояла гораздо ниже интересов всего клана. Впрочем, такой подход раньше был не чужд и людям. Положить живот за други своя считалось нормой. Но это в прошлом. В последнее время на первый план вылезло беспокойство о собственном сытом брюхе и ни о чем другом. Можно сколько угодно хаять аристократию, которая, возможно, этого и заслуживает, но она никогда не позволяла себе превратиться в воющее от ужаса стадо… на терпящем кораблекрушение судне, допустим… Бывали примеры. Но это ни в коем разе не касается современной так называемой аристократии: эти ублюдки озабочены только собственным благополучием. Может, именно поэтому я и не чувствую ностальгии по превратившейся в помойку Земле.