Шипучка. Ты уже часть меня

По-моему, выбор очевиден, но приходится долго и популярно объяснять это одному упрямцу, который соглашается уступить только в обмен на массаж плеч.

Если бы это был другой мультик, то я бы с легкостью отказалась, но этот… Я слишком люблю Олафа и его жаркие объятия. Поэтому, да, делаю Сене массаж, прилагая максимум возможных усилий.

Но парень меня сильно не мучает, и уже через пять минут усаживает обратно на диван рядом с собой, положив мои ноги к себе на колени, и меняет условие просмотра мультфильма. Нужно просто сидеть, помалкивать и даже под угрозой смерти никому не рассказывать, что он смотрел его со мной.

После киносеанса, пока Арс долго разговаривает с кем-то по телефону на страшном и непонятном мне языке движков, можков и матов, я успеваю просмотреть несколько раз сценарий для отчетника, ища в нем эмоциональные дыры, и понимаю, что он самая настоящая мелкая сетка.

Ну и что теперь делать, если все меня не устраивает, начиная от места действия и заканчивая кличкой кота главной героини? Понятия не имею.

Душ наконец-то смывает всю тяжесть дня, а новая пижама еще больше поднимает настроение. Осталось только одно, увидеть Арсения в его обновке. И совсем скоро это должно случиться.

– Ника, это какое-то издевательство! Эта фигня не для людей! – кричит Сеня из ванной, пока я застегиваю последнюю пуговку на своей новой пижаме в белое сердечко.

Удивлена ли я? Очень. Это самый скромный и самый милый вариант из всех, что был. Странно, что такой бесстыдник, как Сеня, выбрал именно его.

– Ты обещал, Титов! Мужик ты или как?

Слышу матросскую ругань и улыбаюсь. В целом сегодняшний вечер мне очень понравился. Правда. И сейчас будет прекрасный финальный аккорд.

Дверь за моей спиной открывается, и я медленно поворачиваюсь, чтобы насладится моментом. До боли прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать рвущийся на свободу смех.

Мало того, что рубашка Арсению явно мала и чересчур обтягивает крепкие мышцы рук и груди, так еще и выражение лица чего стоит… Брови нахмурены, губы сжаты, яростно дышит носом, подбородок опущен, а волосы мокрыми кудрями растрепаны во все стороны.

Картинка появляется перед глазами, и я начинаю дико смеяться, не сумев удержаться.

– Смешно тебе, садистка? Меня словно пленкой обмотали. Все жмет! – говорит Арс недовольно.

– Ты сам отказался от примерки, – развожу руками, продолжая хихикать.