Шипучка. Ты уже часть меня

На самом деле, – с доброй улыбкой произносит Слава, забыв, о чем мы говорили секунду назад. – Я думал, она врежет мне или пошлет, но она держалась до конца. Даже отпустила тебя с нами. Я еще такого не видел. Ты сказал, что мы идем в театр? Или в музей современного искусства?

– Нет. Сказал правду.

– Вау, – Слава удивленно качает головой.

Большинство из «наших» врут своим половинкам, что мы просто идем в другой бар, где практически одни мужики. Никто не признается, куда мы мылимся на самом деле. Они ведь не самоубийцы.

– А она реально крутая. Так и какой наказ ты получил? Не открывать глаза?

– Не-а. Ника сказала, что переживет то, что я пару часов попялюсь на чужие сиськи. Правда, трогать нельзя.

– Ну-у-у, так не интересно, – насмешливо выдает Слава.

– Да ладно, я же шучу. Твоя Ника действительно хороша…

– Поэтому я и хочу к ней.

Слава протягивает мне руку и широко улыбается.

– Справишься тут? – отвечаю на рукопожатие.

– Сомневаешься во мне?

– Никогда. Ну пока, – разворачиваюсь и отхожу в сторону дороги, чтобы поймать машину.

– Предохраняйтесь! – кричит Слава на всю улицу, а я смеюсь, показывая ему средний палец.

Он же не знает, что в этом нет уже никакой необходимости. Ну, кроме чисто гигиенической. Хотя, я бы очень хотел почувствовать Нику без всяких преград. Почувствовать ее по-настоящему своей. Надеюсь, Шипучка еще не успела крепко заснуть и мне удастся разбудить ее. Даже несколько интересных идей, как именно я могу это сделать, возникает в голове.

Не еду домой – лечу. И не в смысле скорости, а по ощущением. Одно слово «дом» отчего-то приобретает совершенно иной смысл. Все-таки главное в жизни – это люди, которые готовы разделить ее с тобой. Друзья, родные, любимые…

Тихо, насколько могу, вхожу в квартиру и сразу направляюсь в гостиную, где меня встречает мой олененок в приглушенном сиянии бокового света.

– Черт! Сеня, ты меня напугал, – причитает Ника, обхватывая себя за живот, и меня словно бьет по голове.

– Прости. Я не хотел… Я… Тебе плохо? – шагаю к ней навстречу, но она отходит, качая головой и улыбаясь.

– Нет. Все нормально. Не думала, что ты можешь вернуться так быстро.

Пелена внезапной нервозности спадает, и я, наконец, могу рассмотреть Шипучку. Она сжимает край рубашки от моей пижамы, верхние пуговицы которой расстегнуты, открывая больше, чем я хотел бы видеть. Ложь.