Шипучка. Ты уже часть меня

– Ну и чего ревем? – усмехается Сеня, смахивая слезинку с моей щеки.

– Ты… – слов нет, чтобы описать то, что я чувствую.

– Да. И я тебя тоже, – отвечает Арс и дарит мне сладкий поцелуй, бесцеремонно переводя его в более страстный и вторгаясь языком в мой рот.

Хорошо, что у нас впереди пара свободных дней, потому что я не хочу его отпускать от себя ни на секунду.

Выходные проходят отлично. Есть только мы и наш мир, в котором царит счастье и любовь. Будни забирают «время вдвоем», но не уменьшают чувств и ощущения невесомости, даже когда мы далеко.

Вечерами мы валяемся на диване или кровати, смеясь и болтая. Смотрим вместе телевизор, и Сеня наконец-то сдается и соглашается на мультфильмы, но только те, где поменьше поют. Ко-о-онечно… Он просто еще не знает, что почти все мультики на пятьдесят процентов состоят из песен.

И в целом все, наверное, шло бы ровно и спокойно, если бы не одно «но»… Ребенок внутри меня растет, и живот тоже. Он все еще едва заметен, но я уже чувствую его, да и вообще ощущаю, как меняюсь.

Сеня, кстати, все-таки установил себе то приложение и недавно заявил, что малыш теперь размером, как спелый инжир. Причем с таким гордым видом, что я минут десять не могла перестать смеяться. Он становится таким милым, когда речь касается маленького. Постоянно болтает с ним, желает доброго утра и спокойной ночи в первую очередь ему, а не мне. Я не ревную, нет. Это невозможно. Мне внимания тоже хватает. Даже очень.

И все это хорошая сторона, но есть ведь еще одна. Не скажу, что какая-то плохая, просто тревожная.

Учеба. Мне нужно что-то решить с учебой. В четверг перед индивидуальным занятием Семенович задает мне один странный вопрос: «Ты ничего не хочешь рассказать мне?». А после очередной жалкой попытки превратить нашу постановку во что-то стоящее, то есть в конце занятия, говорит, что он всегда будет рад помочь мне.

Неужели преподаватель заметил? Стоит ли воспользоваться его предложением? Возможно, он действительно поможет найти выход… Долго сомневаюсь, но, после обсуждения этого момента с Сеней, получив заряд силы и смелости, все-таки решаюсь на разговор с Павлом Семеновичем.

В пятницу у меня нет занятий у Семеновича, но я быстро нахожу его в кабинете для лекций с чашкой чая в руках. Он думает, что эта его нычка, но все на потоке знают, где он обедает.

– Простите, Павел Семенович, я…

– Проходите, Наумова, – преподаватель даже бровью не ведет.

– Я хотела с вами поговорить, насчет… – присаживаюсь за одну из парт.