Шипучка. Ты уже часть меня

– Хватит забирать у меня тележку, – ухмыляется Сеня и обнимает меня за плечи одной рукой, притягивая к себе, а второй так же легко управляет тележкой. – Вот у тебя есть права?

Смена разговора? Хорошо… Мне действительно нужен небольшой перерыв, чтобы перевести дух.

– Нет, – отвечаю, все еще не понимая, к чему этот вопрос.

– Во-о-от. Рулюет тот, у кого есть права. Моим уже десять лет, между прочим. Так что очевидно, кто должен вести.

Рулюет? Что он несет? Стоп. Десять лет? Сколько же ему сейчас? Двадцать восемь, как минимум.

– Это же не машина. И что вообще за слово такое «рулюет»? Кто так говорит? – усмехаюсь, и Арсений тоже тихонько смеется, продолжая прижимать меня к себе.

– Я так говорю. Привыкай.

Мягкий ласковый зверек устраивается на моей груди, заставляя расслабиться. Не знаю, от чего именно. От таких теплых объятий, от незатейливых шуток или просто от того, что рядом этот невозможный парень? Это странно. Никогда я не чувствовала себя так спокойно в руках малознакомого человека.

– И это транспорт, – уверенно произносит Арс, возвращая меня из размышлений.

– Но он никого не везет, – растерянно отвечаю.

– Иди сюда, – останавливается и кладет обе мои ладони на ручку коляски и заставляет сжать их. – Ноги на перекладину внизу, – командует.

Делаю так, как велено, и Арсений заключает меня в замок, разместив свои руки по обе стороны от меня и касаясь грудью спины. Он толкает тележку вперед и тихонько смеется.

– Теперь эта штука везет тебя. Ты пассажир, а я водитель, – устраивает подбородок у меня на плече.

Кто-нибудь, остановите это сумасшествие. Пожалуйста… Дышать становится все труднее. Что он творит?

– Указывай дорогу, – произносит тихо на ушко. – Доставлю в лучшем виде, ты не пожалеешь…

Спрыгиваю на пол, чуть не отдавив Арсению ноги, и резко поворачиваюсь к нему лицом, закипая от негодования. Я не понимаю, что происходит. Не понимаю собственную реакцию и его беззаботность.

– Слушай, я не знаю, чего ты хочешь, но прекрати, пожалуйста, вести себя так, будто мы… мы… – опускаю голову, не зная, как выразиться.

– Будто мы что? – наклоняется ближе и понижает голос. – Будто мы знаем друг друга вдоль и поперек, потому что месяц назад у нас был восхитительный секс, после которого один пугливый олененок сбежал?

– Мы не знаем друг друга, – произношу, сжимая зубы. Это единственный момент, который я могу опровергнуть.