Школа Делавеля. Чужая судьба

Но продолжение вызвало у меня желание кого-нибудь убить: – На каком основании Сапфировые ее своей считают? Мы все в одной лодке! И думаю, будет правильно разделить ее…

На мое негодование ни один из драконов не обратил внимания.

– Мы первые ее нашли, – бесцветным голосом произнес Стейнар. – Поэтому наше право неоспоримо!

– Сапфировый, хочешь лично наложить лапу на светлячка? – прошипел Рубиновый, проясняя для меня, кто тут у нас Сапфировый. Его красивое лицо перекосилось от злости. – Не выйдет!

– Я воспользуюсь первым законом Древних! – процедил Стейнар, теряя невозмутимость.

– Не выйдет! Она не среагировала! – с насмешкой пригрозил рыжий.

– Я воспользуюсь второй частью закона! – мрачно заявил брюнет.

Кайрис промолчал, удивленно уставившись на упертого собеседника.

– Старейшины поставлены в известность! Вопрос решен, так что не поднимай лишнюю пыль, – бесстрастно вмешался белоснежный.

– А старейшины знают все нюансы, с ней связанные? – ядовито выплюнул Кайрис.

– Может, и меня посвятят во все нюансы, со мной связанные?! – потребовала я.

Мужчины замолчали, уставившись на меня в три пары глаз: ледяной – голубой, злой – зеленой и обжигающей – черной.

Тер Лейв откинулся на спинку стула, знакомо сложив пальцы домиком на столе и слегка нахмурив серебристые брови. Кайрис проскрежетал зубами, открыто злясь на сородичей и не желая хоть чем-то им помогать. Заговорил Стейнар, положив ладони на край стола:

– Теперь твое место на территории моего клана.

– Кроме тебя, у нее там ничего не будет! – продолжал злобствовать Кайрис. – А наши кланы могут предложить ей хоть подобие свободы и мужа в придачу. Она же хотела его завести. Вот и проведем проверку среди наших самцов…

Договорить разгневанный дракон не успел. Стейнар мгновенно перетек к нему и впечатал в столб, поддерживающий потолок палатки. Сверху на голову посыпалась пыль, столб треснул, а я напряженно наблюдала, как трещина с неприятным скрипом побежала вверх и вниз.

– Хватит! – повысил голос тер Лейв. – Кайрис, провокациями ты ничего не добьешься!

Славный мужчина наш ректор! Сейчас все вот-вот рухнет, включая мою жизнь, а он развалился на стуле и флегматично свои ногти рассматривает.

– Я. Никуда. Ни с кем. Не полечу, – твердо заявила распоясавшимся мужикам, которые меня, нутром чувствую, за нос водят.