Школа Делавеля. Чужая судьба

Тонкокостная, с узкой талией и широкими бедрами. И зад у нее выпирает еще более неприлично, чем у меня, хотя ее это не смущает. Более того, Невель уверенно заявила, что упругая округлая попка – скорее достоинство в глазах мужчин, нежели недостаток. Только грудь у меня больше, чем у нее, да тело более подтянутое, мускулистое – годы тренировок сказываются.

– У нас принято, чтобы мужчина был хозяйственным, ласковым, стройненьким и… модным. Красивая мордашка добавляет ему шансов охомутать состоятельную женщину.

Невель округлила глаза, слушая меня, и озорно хихикнула:

– Жуть! Я бы на такого даже не посмотрела! – И заявила уже с пафосом: – Любая оборотница выбирает сильного самца – это закон природы.

Сильные выживают, слабые отсеиваются сами собой.

– Мы сильные! Просто у нас отбор среди женщин идет, а не среди мужчин.

– Женщина – хранительница семейного очага! Она может быть физически слабее мужчины. Ее сила в мягкости и доброте и…

Я открыла рот, чтобы поспорить, сказать, что это скорее к мужчинам относится, но тут человек-громила дошел до нас и недовольно гаркнул что-то на незнакомом языке.

Я молча уставилась на него. А Невель заговорила просительным тоном – сама любезность. Однако на мужчину это не подействовало. Через мгновение я увидела, как в нашу сторону идут два крепких парня, в чем сомнений нет – вроде бы волосы на лицах у женщин не растут. Невель тоже заметила подкрепление и, бросив пару слов, потащила меня прочь вдоль кромки поля. Я послушно шла, спиной чувствуя подозрительные взгляды.

– На каком языке вы говорили? И почему вы не общались на моем? – с досадой спросила я.

– Мы с ним на человеческом говорили. И в каком смысле «на твоем»? – удивилась лисичка.

Ее искреннее непонимание меня насторожило:

– На языке феидов. Мы же сейчас на нем говорим…

Рыжуха внимательно посмотрела на меня, словно пытаясь понять: шучу или нет. И, осторожно подбирая слова, просветила:

– Ты с самого начала говорила на эльфийском. А так уж повелось, что все долгоживущие учат его вторым основным после собственного языка.

Я скрипнула зубами от злости. Ведь феидов учат тому, что на Атураше общий язык для всех рас. А он, оказывается, эльфийский… Сплошное расстройство: и мужики похожи на баб, и язык не тот! Как жить в этом мире?

Лес закончился, и теперь мы двигались по утоптанной тысячами ног и телег дороге, сотни лет, наверное, встречавшей и провожавшей путников. Раскрыв крылья, я ловила солнечный свет, заряжаясь его энергией.