Школа Лысой Горы. Тайны Калинова моста.

Ваши товарищи уже в зале, в добрый путь!

И Василису вышвырнуло вихрем прямо в толпу первокурсников, под разноцветные огни диско-шаров, гром музыки и восторженные вопли магов начинающих и магов, уже прошедших часть пути до дипломированной нечисти.

Институт паранормального и сказочного принимал в свои объятья новое пополнение так же шумно, дружелюбно и весело, как человеческий университет. Первокурсникам дарили памятные сувениры. И когда подаренный кому-то кулон начинал вдруг рычать вурдалаком и благоухать тленом, а черепушка на браслете оживала и прикусывала запястье, вырывая у студента вопль от неожиданности, всеобщее веселье переходило на новую стадию.

Скелеты на сцене отплясывали зажигательные танцы, звеня костьми вместо монисто. В обряде посвящения всем юным некромантам предлагалось полежать в гробу, вызвать призрака, повальсировать с симпатичным умертвием и поцеловать кикимору. Болотная нежить, в эйфории от внимания, скакала по всему залу и лезла целоваться ко всем, даже к магистрам. Вольно шатающиеся полтергейсты и привидения поступали так же, приставая ко всем подряд и предлагая себя в пару на танец.

В итоге танцевали действительно все, с максимальной толерантностью к степени живости существ. И к их видовой принадлежности: вокруг демонического Дамиана увивался целый шлейф поклонниц из ведьм. Руслан вовсю ухлёстывал за Марой, а дочь Кощея Бессмертного, прямо сказать, не отказывалась от знаков внимания. Василиса кружилась по залу со всеми по очереди, с одногруппниками и совершенно незнакомыми студентами других курсов, с живыми и не очень живыми кавалерами.

Здесь были тени, призраки, духи воздуха, воды и огня, банники и даже стригои. Последние были приодеты, дабы не смущать юных живых дев, и обвешаны амулетами антимагической защиты во избежание инцидентов. Кого больше защищали эти амулеты: нежить от студентов или студентов от нежити, – Василиса определить не бралась, но ей казалось, что скорее первое, чем второе.

Над танцполом парили Жар-птицы, добавляя трепетного живого света, и мелкие дракончики, добавляя суеты и детской непосредственности вечеринке магов.

Кружась в мерцающих бликах полутеней, смеющаяся Василиса всё чаще замечала, что нервно оборачивается, заметив в толпе высоких черноволосых парней, и пристально всматривается в призрачные мужские силуэты. Заразительный восторг окружающих, пузырьками шампанского бурливший в крови, потихоньку улетучивался в небытие.