Школа пластунов

– Обложили, демоны, – проворчал Елисей, огорошенный нежданными известиями.

* * *Вот уже вторую неделю группа двигалась по дороге, которую потом, через много лет назовут Военно-грузинской. Привычно покачиваясь в седле, Елисей пытался осмыслить известия, полученные в штабе. Это казалось какой-то дикой фантасмагорией, но бумаги в кожаном тубусе с официальными печатями были реальны, как было реально и недоумение говоривших с ним офицеров. Даже видавший виды подполковник Тимофеев только растерянно крякал и без конца курил одну папиросу за другой, не находя ответов на полученные вопросы.

Сам Елисей ехал, словно пыльным мешком нахлобученный. По всему выходило, что тот, кто все это затеял, очень хорошо изучил не только имперские законы, но и неписаные правила жизни казачества. Слова парня о демонах были не просто присказкой, а констатацией факта. Ведь, по сути, человек, затеявший это дело, сделал все, чтобы вместе с якобы наградой уничтожить все, что парню удалось сделать.

Все просто. Сначала – награждение и официальное признание Елисея и всех его заслуг, а потом – отправка выученной команды на фронт, где мальчишек запросто перемелют жернова боев, а с самим парнем можно будет разобраться уже в крепости или где-то рядом с ней.

Нельзя быть сильным везде, и подловить его где-то на стрельбище или при возвращении домой ночью не так и сложно.

Да, награждение потомственным дворянством в таком возрасте дело небывалое, но именно так проще всего было избавиться от всех возражений парня разом. Ведь с самого начала было понятно, что Елисей использует любую официальную или случайную лазейку, чтобы удержать ребят рядом с собой.

Его отношение к мальчишкам было известно всем. Но кому все это было нужно? Зачем – понятно. Осталось выяснить, кому.

Судя по исполнению, затеявший это дело человек сидел достаточно высоко или имел в тех кругах серьезные связи. Елисей, привычно оглянувшись на своих ребят, убедился, что все в порядке, и никто не отстал, снова вернулся к своим размышлениям. Это внезапно свалившееся на голову дворянство и смешило и бесило одновременно.

Ведь будучи простым сиротой из казачьей семьи, он мог жить, как ему нравилось.

Вся его жизнь регламентировалась только правилами и обычаями, принятыми в казачьей среде. А вот теперь, став дворянином, он будет вынужден соблюдать кучу всяких приличий и ограничений.

– Вот ведь еще морока, – проворчал себе под нос парень, зябко поежившись.

В горах уже было холодно. Как ни крути, а стояла поздняя осень.