Вокруг жертвенного алтаря скользнул стремительный огонек, зажегший ворота. Круг засветился, развеяв предрассветный полумрак гулкого храма, и вокруг вспыхнули колдовские письмена, похожие на созвездия. Не произнося ни слова, я переступила через границу. За чертой воздух казался теплее, чем в выстуженном святилище.
– Я перемещу тебя поближе к дому, – заранее успокоил меня Кайден.
– Хорошо, – коротко отозвалась я, старательно избегая встречаться с ним взглядом.
Он кивнул, отошел от ворот на шаг. Вспыхнули символы, закрутились и замельтешили, от них в разные стороны разлетались красноватые магические разряды.
Резкий ветер, взбунтовавшийся в храме, поднял пыль и мусор. Он трепал пальто Кайдена, ерошил темные волосы. Пространство стало кривиться, лицо ведьмака словно оказалось за плохо отлитым стеклом. Мысль, что я запомню его вот таким, с перекошенной физиономией и растянутой, точно неровная тень, фигурой, отчего-то неприятно уколола внутри… И тут все закончилось.
Я уже приготовилась к знакомому неприятному ощущению свободного падения, но ворота погасли, и у меня перед глазами заплясали радужные круги.
В храме стало очень тихо, снова нахлынули предрассветные сумерки.
– Что случилось? – Кайден выглядел удивленным не меньше моего.
Он прикоснулся к руне, полумрак разрезала красноватая вспышка, и стены снова зажглись колдовскими письменами, но круг на каменном полу оставался безжизненным.
– Похоже, тебя что-то не отпускает, – последовало предположение.
– Не отпускает? – от паники у меня перехватило горло, но внезапно блеснула догадка: – Мои часы!
Когда я нащупала артефакт в кармане пальто, оказалось, что корпус практически раскалился и чувствительно жег руку.
Магическая жилка билась как обезумевшая.
– Если проблема в часах, то в них надо потушить магический свет, – вынужденно призналась я, понимая, что прямо сейчас он увидит мое настоящее лицо.
В Тевете считали, что маг в истинном обличье был прекрасен, но мне никогда так не казалось. Не понимаю, кому может понравиться пугающее существо со светящейся кожей и мутно-белой пеленой на глазах, на человека-то толком непохожее? Я сама свечения видеть не могла, но, подозреваю, со стороны выглядела не краше зомби, разве что живая.
– Чем мне тебе помочь? – уточнил Кайден.
– Помоги тем, что выйдешь.
– Как скажешь. – Он не стал спорить или проявлять любопытство, действительно вышел из храма, оставив меня наедине с испорченным артефактом, холодом и бледнеющей темнотой.
