И даже не в добропорядочной миссионерской позе.
С милой улыбкой я протянула раскрытую ладонь и, получив непонимающий взгляд, произнесла:
– Отдайте четвертак, господин преподаватель. Мне не хватает на хлеб.
– Конечно. – Оливер вложил монетку мне в руку и случайно мазнул кончиками пальцев по коже. От незначительного прикосновения я нервно и громко икнула, изумив даже саму себя. Оставалось только шустренько расплатиться, зажать батон под мышкой и спастись малодушным бегством. Когда одной ногой я уже переступила через порог, а сквозняк заставил колокольчик истерично звенеть, Вудс позвал:
– Валерия!
– А? – резко оглянувшись, я едва не вмазалась лбом в острое ребро двери.
Никогда не замечала за собой столь чудовищной неуклюжести!
– Ты забыла корзинку, – изогнул он брови.
– Какую еще корзинку?
– Вот эту. – Он указал на корзину, оставленную на полу рядом с прилавком. – Или тебе ее принести?
– Нет! – страшным голосом, словно там лежали сворованные бриллианты, а не кочан капусты, воскликнула я.
– Не переломлюсь, господин преподаватель!
Впечатлений от Оливера Вудса в домашней обстановке мне хватало с избытком! Было страшно представить, какие грязные мыслишки поселились бы в голове, окажись он на моей территории.
Вернувшись к прилавку, я схватила корзинку и, снова попрощавшись с пекарем, открыто потешавшимся над странными покупателями, вылетела на улицу. И наверное, стоило прогуляться, несмотря на плохую погоду, а не бежать сломя голову домой, потому что едва за мной закрылась входная дверь, а в кухне от движения зажегся свет, раздался настойчивый стук.
На пороге стоял знакомый дознаватель в компании молоденького стража, одетого в форменный плащ. За короткое мгновение в голове промелькнула целая сотня испуганных мыслей. Самым важным был список жизненно необходимых в каземате вещей.
– Господа? – Я вопросительно подняла брови.
– Позвольте войти? – Дознаватель неопределенно кивнул. Помня о том, как безобразно он вел себя на допросе, можно было с уверенностью сказать, что сейчас мне демонстрировались самые лучшие его манеры.
– Мы хотим задать несколько вопросов.
– Я могу узнать о чем? – несмотря на правовую, мягко говоря, безграмотность, даже я понимала, что без специальной грамоты в чужой дом они все равно не войдут.
– О ком, – поправил он. – Об Аглае Коваленко.
Сердце совершило кульбит.
– Ее нашли?
– В некотором роде, – согласился он. – Нашли ее тело.
Страшная весть, как удар, выбила из груди воздух.
