Школьная бойня

Но бывало и так, что приходилось лично чем-то заниматься. К примеру, однажды, когда дети были на озерах, нас кинула фирма, предоставляющая транспорт. Просто в назначенный час не приехал автобус, и все. Я разбирался, искал новых исполнителей и, разумеется, оплатил их услуги. Ни с кого и копейки не взял. Так что…

– Благородно.

– Всего доброго, Лев Иванович.

Вручив Гурову свою визитку, Серов ушел. Подошедший Крячко краем уха услышал заключительную часть разговора.

– Ты только глянь, какая важная шишка, – посмотрел он ему вслед.

– Его жена о чем-то разговаривала со Шлицманом на выпускном, – вспомнил Гуров. – О чем-то очень важном. Надо бы расспросить ее.

– Их ребенок тоже был здесь?

– Был. Дочь Олеся. Заносчивая особа, – объяснил Гуров. – Серов не от доброты душевной помогал школе, а делал это для своей дочери.

– Чем же она заслужила?

– Чем-то. Надо выяснить, чем именно. Что там судмедэксперт сказал?

– Сам спроси.

Судмедэксперт Дроздов как раз шел в направлении к Гурову. Они неоднократно сталкивались в коридорах главка и часто назначали друг другу свидания там, куда посторонним вход воспрещен – на местах преступления, в лабораториях и в морге, посему расшаркиваться при каждой встрече давно перестали, – лишь сухо приветствовали друг друга, а далее общались исключительно по делу.

– Ну что тебе сказать, Лев Иванович, – вздохнул Дроздов. – Убили вашего учителя. Как есть убили. Смерть наступила между двумя часами и половиной третьего утра. Он, по сути, теплым еще был, когда его нашли.

Девушка, которая вызвала полицию, кажется, тоже что-то говорила об убийстве? Ничего больше не сообщила?

– Ничего. Но если это действительно убийство, то преступник удачно подгадал момент, – отозвался Гуров. – Выждал, чтобы человек напился, стал… немощным.

– Немощным? – хмыкнул Дроздов. – Да нет, Лева, дело было совсем не так. Он сопротивлялся. Там весь пол подошвами измызган.

Гуров, который вскользь осмотрел место преступления, переложив эту работу на Стаса, и впрямь заметил не многое.

Но долго задерживаться возле трупа не стал. Все свое внимание он сосредоточил на тех, кто присутствовал на выпускном вечере. Уж очень не хотелось упускать время. Народ, хоть и был на нервяке, но все же мог что-то вспомнить, как того хотелось Гурову, на свежую голову, но, как назло, у всех словно память отшибло."

"– Да ладно, ладно, – добродушно прогудел Дроздов. – Знаю, что ты тут со вчерашнего вечера. Вот же занесла тебя нелегкая, ага. Нарочно не придумаешь.