Школьный Надзор

Вы ведь сами выписали себе индульгенцию? Только Великим дано такое право. Так что просто обещайте. Я запомню. Слепок с памяти останется, даже если меня развоплотить.

– Все продумал. – Александр одобрительно кивнул.

– Хорошие наставники, – согласился Дреер. – Итак, Великий, вы даете свое обещание перед Светом, Тьмой и Договором?

Дмитрий сам раскрыл в воздухе текст.

– Даю клятву сделать все, как ты просишь, и в точности, как ты разумеешь. Даю слово не пользоваться этой клятвой против тебя. Достаточно?

– Да, Великий.

Только разрешите еще вопрос?

– Спрашивай, наставник.

– Зачем это все? Зачем Фуаран?

– Ты догадался обо всем, но не понял главного? Ты, который сумел узнать меня? Это наш «ядерный щит». Оружие, которое никогда не должно пойти в ход, но должно просто быть. Главный гарант Договора и хранитель равновесия. С его помощью можно восстановить баланс между силами Света и Тьмы, как бы он ни был нарушен.

– Атомную бомбу один раз уже применили. Даже два. Как и Фуаран. Хватит.

– Ты… слишком молод, наставник.

Ты радеешь за детей, это похвально. Только ты никогда не терял своих детей. Все мои дети, мои жены, моя мать и даже отец умерли не своей смертью. А я был слишком неопытным Иным, чтобы этому помешать. Если бы у них была хотя бы часть даже тогдашней моей Силы! Но я это пережил. Теперь я хочу только сохранить мир. Любой ценой.

– Мир был такой, какой есть, и без атомной бомбы, Великий. Но ядерный запас так просто не уничтожить. А вот книги… Некоторые стоит и сжечь. Прошу меня дождаться.

Дмитрий повернулся спиной к Александру и поднялся наверх, в сруб.

Анна ждала его, сидя на краешке одного из баков и болтая ногой. Книга лежала у нее на коленке. Еще Дмитрий заметил несколько потухших свечек, а у самого бака на полу – изрисованную бумагу и кисти в стакане. Даже бутылку с водой: смышленая девочка догадалась принести, в башне-то давно уже сухо. Почему-то нигде только не было красок.

– Что ты с ней сделала? – спросил Дмитрий. Покосился назад и снова повернулся к ученице.

 – Не бойся, он не услышит.

Восходя по лестнице, надзиратель на всякий случай опять установил барьер. На слово Великого надейся, а сам, однако, не плошай.

– Я и ее тоже обманула.

– Тень. Сказала ей, что книгу поняла неправильно. Что надо по-другому. Без слов сказала, одними мыслями. Она уже начала… воплощать. Я слилась с ней и исказила книгу. Не знала, что получится, и просто переставила кое-что местами. Тоже мысленно. А когда все вышло, уже знала.