Школьный Надзор

Они и были придуманы древними Иными, только потом люди начали бездумно копировать форму, не зная тайного содержания.

Можно было заранее догадаться, какой павильон служит ключевым в огромном комплексе-артефакте. Но все внимание Эдгара, Стригаля и подручных оказалось прикованным к самому факту массовой деинициации.

– Дмитрий Леонидович… – начала Анна.

– Слушай меня, – оборвал ее Дреер. – Где схема? Как работает эта дрянь?

– Вот. – Анна бросилась к сумке, выдернула свою растрепанную общую тетрадь. – Отсюда идет, так расходится, вот тут концентрируется…

– Как это все заводится?

– Заклинанием.

Вот оно.

Дмитрий пробежал глазами разворот тетради, радуясь, что в Праге их безжалостно натаскивали на древние языки, используя все подряд, от тупой зубрежки до тонкой ментальной магии. Заклинание, впрочем, было на архаичном русском, с использованием некоторых слов из французского и санскрита. Лицейские явно сочиняли его все вместе. И ритмика наверняка тоже играла свою роль, один сбой, одно лишнее ударение – и ничего не получится.

Но Дрееру не нужен был сбой. Все должно было сработать как часы. Ну почти.

– Вот что ты сейчас сделаешь…

Анна слушала его, сжав губы. Она не возражала, как тогда, когда Дмитрий приказал ей жечь «Фуаран».

Дмитрий хотел даже порыться у нее в сумке, найти там карандаш или что-то пишущее и почеркать в тетради, как заправский учитель русского.

– Нужен очень сильный маг, Высший или даже несколько. Если я буду читать, ничего не выйдет.

Анна бросила взгляд на стреноженного и недееспособного Комарова.

Тот смотрел на нее немигающими глазами, похожий сейчас на Кармадона – Совиную Голову. Дмитрию опять сделалось стыдно. Шарахнул пацана, сам не понимая чем. Сегодня наставник Дреер явно давал мастер-класс по вероломным ударам.

Только, схватись они по-честному, проник бы Дмитрий внутрь Пирамиды?

– Я перекачаю в тебя сколько надо Силы, – сказал Дреер. – Справишься.

– Но тогда вас тоже…

– Сказал же, не привыкать. Давай.

Анна присела на краешек ниши, уложила тетрадь на коленку, извлекла из сумки ручку со смешным то ли медвежонком, то ли еще каким зверем, который облапил корпус, точно дерево.

Наверняка ручка была яркой и красочной, однако в Сумраке все кошки серы, и письменные приборы тоже. За хрупкой спиной девочки пульсировала свечением замысловатая китайская ваза. Почти что магическая лейденская банка. Чудилось, что отклонись Анна всего на вершок назад – и пузатый бок выжжет у нее на спине волшебный иероглиф.