Школьный вальс

— Тебе все равно никто не поверит.

— Испытай меня, утёнок!

Очевидно, Герасимов сказал все что хотел, поэтому, развернувшись на пятках, он уже собирается уйти. Только вот я еще не высказалась.

— Арсен! — окликаю его. Жду, пока он повернется, после чего ровным голосом отрезаю: — чтоб ты знал, я не собиралась никому ничего рассказывать. И не расскажу. Но ты мог попросить нормально. Знаешь, иногда просто достаточно с людьми говорить по-человечески.

Не знаю, это игра моего воображения или нет, но на секунду его лицо принимает виноватое выражение, но быстро сменяется маской «крутого парня».

Ставлю поднос на стойку, смело шагаю к нему, останавливаясь в считанных сантиметрах. Арсен отпускает голову вниз, и мы устанавливаем зрительный контакт.

— Знай, у тебя не получится меня запугать. Если ты ещё раз позволишь себе угрожать мне, то я найду способ снять с твоей головы корону. Не сомневайся.

Клянусь, если бросить между нами спичку — вспыхнет пожар. И нет. Не пожар страсти. Будь мы в фильме, мы бы направляли друг на друга пушки.

Герасимов может иметь на меня хоть десять компроматов, но я не позволю ему вытирать об меня ноги. И он должен уяснить и выучить это как молитву.

— Молодые люди! — слышится ворчливый голос повара, — вы сюда миловаться пришли или дежурить?

— Извините, Наталья Петровна, — отступая от Арсена, произношу. — Такого больше не повториться.

— Очень на это надеюсь!

Подхватываю поднос и принимаюсь за работу. На Герасимова больше не обращаю внимания. Я и без того уделила ему его больше, чем он заслужил.

Нас отпускают после звонка, и я сразу же спешу к своему шкафчику, чтобы взять учебник на следующий урок, а ещё узнать домашнее задание, которое задала горгулья. Я даже не замечаю как наши с Арсеном пути разминаются. С того разговора мы принципиально друг друга игнорировали, что вполне меня устраивало. Когда Герасимов рядом, я влипаю в неприятности. Клянусь, у этого парня плохое биополе. Не то чтобы с таким заносчивым характером это нечто удивительное.

Возле шкафчика я встречаю Полю Устинову.

Можно сказать, мы соседи по шкафчикам. Нас нельзя назвать близкими подругами, которые двадцать четыре на семь обсуждают мальчиков, как это делают все нормальные девчонки нашего возврата. Впрочем, надо заметить, что и я далека от нормальности.

Признаться честно, иногда мне хочется иметь человека, с которым я могу поделиться своими переживаниями и страхами, однако пересилить себя не в силах.

Ага. Как вы догадались, у меня некие проблемы с доверием.