- Передавайте ему мое почтение. Как он поживает? Не хворает ли? Давно я его не видел… Мы в одном месте частенько встречались раньше… - похоже, мужчина говорил об игральном заведении.
- Нет, не хворает. И не играет, - я не привыкла ходить вокруг да около. – Работает Яковлевич, ему дурью маяться некогда. Всего доброго.
Я кивнула детям, чтобы они шли на выход и сама пошла следом, слыша, как хозяин ворчит мне в спину:
- Истинно говорят, что девка эта цирюльника в черном теле держит… Не приведи Господь такую напасть себе на шею посадить… Взвоешь!
Но мне было совершенно не обидно.
Вот пусть так и думают. Нечего мне дядюшку с пути истинного сбивать.
Всю дорогу к доходному дому, где арендовала квартиру портниха, дети, не отрываясь, глазели на свои ботинки. Для них это был настоящий праздник, а я была счастлива, что смогла подарить им такие эмоции. А сколько еще предстояло сделать! Но это лишь подзадоривало меня. Кстати, адрес портнихи мне дал Тимофей Яковлевич. Она шила хорошо, брала недорого: в общем, то, что нужно в нашем случае.
"
"Доходный дом находился рядом с салоном Жюля, возле которого стояли дорогие экипажи. Красивая витрина, шикарная вывеска, у дверей зазывала в красивой ливрее… Да уж, по сравнению с парикмахерской Волковых – это небо и земля. Тогда что ему неймется? Мне до такого уровня еще столько идти, что ноги до колен сотрутся!
Мы завернули во двор, и я обратилась к Прошке:
- Смотри за Машуткой. Я быстро.
- Глаз не спущу, - пообещал мальчишка.
– Еленочка Федоровна, вы ж меня знаете!
Я поднялась на второй этаж, нашла дверь под номером четыре и постучала. Мне открыла угловатая женщина лет сорока с узким, немного отрешенным лицом. Она ничего не спросила, а сразу пригласила войти, видимо, к ней ходили только клиенты.
Звали портниху Клавдия Прокопьевна, что очень не вязалось с ее внешностью. Казалось, такое имя должна носить пышная и дородная женщина с румянцем на всю щеку. Она внимательно выслушала меня и пообещала прийти к нам завтра поутру, чтобы снять мерки и обсудить детали.
Вот теперь я была довольна полностью. Мои идеи начинали воплощаться в жизнь, что не могло не радовать.
Гневные крики Прошки и испуганный визг Машутки я услышала сразу, как только покинула квартиру портнихи. Мое сердце сделало кульбит, руки затряслись, а ноги просто понесли меня вниз по скользкой лестнице.
Трое мальчишек, крупнее Прошки напали на моих беззащитных ребят.
