Выдвинув ящик, она достала два футляра. Нежно погладив их, женщина улыбнулась сквозь слезы и открыла футляр большего размера. В нем лежало красивое бриллиантовое колье. Безупречной чистоты камни ожили под солнечным светом, засияв всей своей глубиной и великолепием. Во втором футляре были серьги с бриллиантами и голубыми сапфирами.
В дверь постучали.
- Бэбиа, вы звали меня?
Кэто обернулась. Силуэт правнука расплывался из-за слез, застилавших глаза.
- Да… да… я хотела поговорить с тобой…
- Что случилось?! Почему вы плачете? - Давид бросился к ней.
– Это из-за Нино? Вы снова хотите сказать мне, что не стоит выдавать ее замуж? Если это так, то можете успокоиться. Тенгиз Фицхелаури не собирается жениться на ней. Он уехал из нашего дома невероятно оскорбленным! Я еще не знаю, что сестра сказала Тенгизу, но она очень пожалеет об этом!
- Нет, я не хочу разговаривать о Нино, - покачала головой Кэто. – Не сейчас… Дорогой, я хочу, чтобы ты подарил вот это своей Елене.
Князь изумленно уставился на драгоценности, которые протягивала ему прабабка.
Она посмотрела на него и, увидев, как он удивлен, продолжила:
- Эти украшения принадлежали матери твоего прадеда. Этери Эристави. Она всегда любила меня… Особо близки мы стали под конец ее жизни. Кроме меня у Этери никого не осталось. Дэдамтили (свекровь) подарила их мне и попросила, чтобы я передала украшения женщине из нашего рода. Но ни я, ни Хатуна не родили дочь… Поэтому драгоценности должны были достаться Нино.
- Бэбиа… - Давид был в шоке от происходящего.
"
"- Прошу, не перебивай меня, Датико, - старая Кэто прижала к его губам сухие пальцы, унизанные перстнями. – Нино не имеет права носить украшения этой святой женщины. Я знаю, что Этери поддержала бы меня. Потом, когда у вас родится дочь, вы передадите украшения ей…
Давид не стал больше возражать. Он видел, как это важно для Кэто. Это было ее решением.
- Дзалиан мадлобэли вар, бэбиа…(я вам очень благодарен, бабушка).
- Раме ар игхирэба, Датико (не стоит), - женщина крепко обняла его.
- Гису рвэбт тквен бэдниэрэба. (желаю вам счастья). А теперь иди, я хочу побыть одна.
Глава 116
Глава 116
Первый снег начался совсем неожиданно. Тяжелая туча нависла над городом, будто шапка из овчины, и стало как-то неестественно тихо. После полудня с неба начали срываться крупные снежинки, медленно опускаясь на мерзлую землю. Снег укутывал дома, деревья, людей, и все становилось сказочным, как в “Щелкунчике” Гофмана.
Артемий, управляющий и Эмиль уехали в Англию.
