– Статная! Белая! Одно платье целое состояние стоит!
Молодой человек нехотя оторвал бессмысленный взгляд от блюда и уставился на Минодору.
- Добрый вечер, Минодора Васильевна. Это мне за вами волочиться надобно?
- Павлуша! – тихо воскликнула его матушка. – Стоит говорить «ухаживать», а не волочиться!
- А она чего, больная, что за ней ухаживать надобно? – Павлуша явно не отличался ни умом, ни сообразительностью. – Пущай за ней мамка ходит.
- Да ну что ты! Что ты! Ухаживать, значит, внимание проявлять к девице! – матушка покраснела, поглядывая на хозяйку дома.
– Я же уже объясняла тебе.
- А-а-а-а… внимание… - равнодушно протянул он. – Внимание можно…
- Садись, садись рядом с Павлом Терентьевичем, бриллиантовая наша! – засуетилась сваха, усаживая Минодору рядом с молодым человеком. – Обзнакомитесь, может, дело и сладится!
Девушка послушно присела, понимая, к чему дело идет. Если Сережа Фролов сразу в отказ пошел, то этот и слова против не скажет. Павлуше было все равно на ком жениться, лишь бы пузо набить.
И это было плохо."
"Женщины заговорили о своем, поглядывая на молодых, а купеческий сын снова переместил свой взгляд на поросенка. Но потом, видимо, до его не тронутого интеллектом мозга все-таки дошло, что нужно уделить девушке внимание.
- Минодора Васильевна, любите ли вы жареные говяжьи кишки? Я вот больше предпочитаю с яичком внутри, нежели с гречей. – Павлуша облизнулся. – Несомненно, от них большая польза организму имеется.
- Не люблю. Сейчас овощами питаюсь да фруктами.
Кашу без масла тоже откушиваю, - заявила Минодора, и у молодого человека отвисла челюсть.
- Как же это, без масла? Она и в горло-то не полезет… Овощами сыт не будешь! Баловство, однако!
- Да уж куда полезнее, чем кишки с яйцом, - хмыкнула девушка. – И мужа своего кормить только пустыми щами прикажу и винегретом.
- Нельзя мне винегрет! – испуганно воскликнул Павлуша. – Вспучит ведь! Греха потом не оберешься!
- Чего это вы там? – Степанида Пантелеймоновна настороженно посмотрела на молодых людей, в особенности на свою дочь.
- Ох, не знаю, матушка! – купеческий сын повернулся к матери. – Что это вы мне за девицу сватаете, которая только траву ест да кашу без масла?! Хотите, чтобы сгинул я, ссохся?!
- Что ты говоришь, Павлуша? – женщина растерянно развела руками. – Это кто ж тебе такое сказал?
- Она и сказала! – он ткнул в Минодору толстым пальцем. – Мол, прикажет мужа своего пустыми щами кормить!
- Так мужа, а не тебя.
