- Вы в моей власти, помните это, - вроде бы шутливо произнес Давид, но было в его глазах нечто такое… - Доброй ночи.
Князь пошел к двери и уже взялся за ручку, когда я спросила:
- А что вы делали у моего дома?
- Всего лишь проходил мимо. Мне нужно было навестить одного человека, живущего в самом конце переулка, - глядя на меня чистым искренним взглядом, сказал он, открывая двери. – Я не слежу за вами. У меня есть более интересные дела, поверьте.
- Верю. Доброй ночи, - я скептически хмыкнула. Как же. Ага…
___________________
* Я хочу, чтобы мы были вместе.
(с грузинского)
Дорогие читатели, я еду на отдых и поэтому до понедельника прод не будет. С начала недели все в обычном режиме. С ув. Аня Лерн
Глава 49"
"Не знаю почему, но я верила Давиду. Этот человек не производил впечатления лжеца. Если он решит проблему с сыщиком, я буду очень благодарна ему. Единственное, что смущало меня, так это его странная просьба. Почему я не должна выходить замуж? Что он хотел этим сказать? Явно это намек на наши с ним отношения, но разве они могли быть? Князь никогда не женится на мне, а я никогда не соглашусь стать его любовницей.
И дело было даже не в том, что я слишком правильная, а в том, что в этом времени все-таки стоило придерживаться правил. Иначе общество может растоптать тебя. Мне же хотелось подняться намного выше, а для этого нужна чистая репутация. Нет, теоретически можно было это сделать за счет князя, но вот в таких вещах, я была действительно принципиальна. Только своими силами, без протекции любовников и иже с ними.
Иначе пострадает мое чувство собственного достоинства.
Полночи я вертелась в кровати, размышляя над перипетиями своей судьбы, а потом все-таки заснула, плюнув на все с высокой колокольни. К чему мне переживать о заведомо несбыточных мечтах?
Утро выдалось пасмурным и серым. Летнюю жару сменила прохлада после вчерашнего дождя, и воздух стал намного «вкуснее», избавившись от пыли, а вместе с ней от знойной сухости.
Танечка стала реагировать на мой голос, улыбаться, а еще она любила путешествовать по дому на моих руках.
Я же чувствовала к ней такую нежность, что порой даже наворачивались слезы. Пусть простит меня покойная Елена Федоровна, но я уже считала ее ребенка своим. Эта милашка украла мое сердце.
А еще меня удивила Машутка. Девочка уже с утра крутилась на кухне, помогая Акулине по хозяйству. Малышка не доставала до стола, поэтому забралась на табурет и мыла посуду в большом тазу, напевая какую-то песенку.
