— И на перегоне от аэропорта к Ленинградскому шоссе машину расстреляли) в упор. Водитель, телохранитель и сам Леонид Васильевич убиты. И портфель пропал.
***
Варяг медленно положил трубку на рычаг. Портфель пропал! Шелехов летал в Грецию, чтобы получить там от друзей деньги — очередной «транш» на избирательную кампанию. Варяг и раньше был недоволен этим слишком сложным, на его взгляд, способом финансирования шелеховской партии, но его партнеры, через которых осуществлялась обналичка, уверяли его, что лучше способа нет.
Кто еще, кроме Шелехова, имеющего свободный проход через VIP-зал, без таможенного досмотра сумел бы регулярно провозить из-за границы миллионные суммы! Любого другого курьера давнобыужевзялизаодноместо!
***
Варяг вскочил и стал мерить шагами кабинет. Шелехова убили… Он уже давно не смотрел телевизор, тем более — не слушал радио: лживые продажные «журналюги» раздражали его неимоверно. Наверняка во вчерашних вечерних новостях уже было сообщение.
Убийство Шелехова — тяжелый удар. И прежде всего удар по нему, по Варягу По его далеко идущим планам.
Шелехов был ему очень нужен. Влиятельный политик, лидер набирающей рейтинг партии, руководитель думской фракции. Самое главное — человек надежный, умевший держать слово, это был очень выгодный стратегический партнер. Варяг связывал с ним большие надежды. И теперь, после этого странного убийства, все рушилось — все, с таким трудом и терпением подготовленное им для выборов, пошло прахом.
Варяг с остервенением рубанул воздух рукой и до боли сжал кулаки.
Одно за другим, целая вереница несчастий и бед. И тут он снова вспомнил последние слова, сказанные Леной: «пропал портфель». Пропал портфель с деньгами. Там должно быть около миллиона баксов. Из-за них убили Шелехова? Или — из-за него.
Варяга? Из-за политики? Вот вопрос, который требует скорейшего ответа.
Надо срочно что-то предпринимать. Надо вызвать Чижевского — дать ему команду: пусть Николай Валерьяныч по своим каналам начнет копать, не дожидаясь официального расследования — все равно правду не скажут.
Пусть выясняет, что на самом деле случилось с Шолоховым и чьи здесь следы. И тут еще это требование «братвы» собрать большой сход — очень некстати. Действительно: черная полоса.
Он нажал кнопку переговорника:
— Лена! Зайди!
Дверь отворилась — вошла взволнованная побледневшая Лена. Она очень хорошо знала Шелехова, неоднократно связывала Владислава с ним по телефону, по ходу дела выслушивая от депутата утонченные комплименты.
