Шолохов. Незаконный

Он не забыл, как его встречали там до войны, и был уверен, что и в этот раз реакция прессы и читательский интерес к нему будут огромны.

Сталин догадался об этом. Он тоже считал, что после того, как в 1933 году Нобелевскую премию получил Иван Бунин, этой награды заслуживает советский писатель, и Шолохов – первый претендент.

Но советскому писателю не следует суетиться.

В 1947 году Шолохова даже не выдвигали, намереваясь проработать эту ситуацию в следующем году. Дадут премию – тогда и отпустим: примерно так мог рассуждать Сталин, но объяснять это Шолохову не стал: зачем?

Шолохова будут последовательно выдвигать на Нобелевскую премию в 1948, 1949 и 1950 годах.

Сталин считал статус литературы – статусом страны. И если говорить о его отношении к Шолохову после войны – то измерять его надо именно этим: пробивая ему премию, он желал придать имени писателя абсолютный мировой вес. И, конечно же, по-прежнему ждал нового его романа.

Но Шолохов был в раздрае, да и времени на работу уже привычно не хватало.

Побывавший у него в Вёшенской под конец осени корреспондент увидел знакомую картину: «Шолохова то и дело отвлекают посетители. Они входят в комнату запросто, как сосед к соседу, и нужно признать, что эти посещения отнимают у писателя немало времени. Вот пришла казачка, она долго о чем-то советовалась с хозяином; потом явился слепой старик с поводырем за советом по поводу раздела своего имущества между детьми. У Шолохова нет и никогда не было секретаря, если не считать жены, Марии Петровны, которая помогает ему переписывать рукописи на машинке. Шолохов все делает сам…»

«В комнату вбегает жена писателя.

– Скорее! Скорее! – кричит Мария Петровна. – Бери ружьё!..

Шолохов мгновенно забывает о собеседнике и, схватив ружьё, выбегает вслед за женой… Когда недоумевающий гость выходит на крыльцо, его оглушает выстрел. Шолохов стреляет в пролетающую над его домом стаю гусей. Подраненный гусь отделяется от стаи и планирует прямо во двор, на плотников, строящих новый дом Шолохова.

Но оказывается, гусь падает в Дон. Шолохов сбегает вниз, к реке. Без шапки, без верхней одежды, Шолохов ладонями вычерпывает воду из лодки и, захватив собаку, уплывает за добычей».

Хоть на середине реки посетителей не будет.

В ноябре 1947-го заболевший туберкулёзом Андрей Платонов трогательно и даже чуть униженно писал Шолохову: «У меня есть несколько вопросов к тебе. Если бы удалось их решить, я бы, может быть, встал на ноги и избавился от своей болезни.