Шоу Подбор (СИ)

 — плющ, красный кирпич, уточки и…

— Овсянка? — спросил почему-то инквизитор.

Я даже один глаз приоткрыла, вглядываясь в его напряженное лицо и нахмуренные брови.

— Это все мифы, — я нашла в себе силы презрительно поджать губы. — а у нас на завтрак была яичница.

— Ясно, — хмыкнул инквизитор. — мы почти пришли, Этель. Не закрывай глаза, маленькая.

Я хотела было возмутиться, что и вовсе не маленькая, а вполне даже крупная, но мне не дал сделать этого знакомый голос пожилого доктора:

— Сюда, мистер Арчибальд.

— Я в порядке, Илдвайн. — спокойно оповестил инквизитор. — Это кровь Этель, пулевое ранение в плечо.

Мелькнула мысль, что обрызгивать все кровью как-то не культурно.

— Охо-хо-хоюшки-хо-хо! — возвестил громогласно врач, а я спиной почувствовала нечто твердое.

Воспоминания подсказали, что это кушетка в кабинете доктора, на которой я когда-то лечилась от сотрясения. Однако знакомая обстановка радости не вызвала. Только страх накатил удушливой волной, заставляя широко распахнуть глаза.

Но только рухнула обратно, ударившись затылком и глухо застонав. А там, наверху, был потолок. Белый. Меня почему-то потянуло на философские размышления о смысле жизни, ее конце и свете, который непременно должна была встретить. Но его не было, а вот потолок был.

— Мисс Оплфорд, — напомнил о себе инквизитор, чью ладонь я все еще сжимала. — вас нужно вылечить.

— Хорошо, — послушно согласилась я, однако руку не отдав. — лечите.

— Знаете, ну это прямо даже как-то неловко. — сообщил Илдвайн, позвякивая пластиковыми тарелочками. — Останьтесь, мистер Арчибальд. Девушке так явно будет спокойнее.

— Этель, вы — единственная девушка, которой спокойно в обществе инквизитора. — произнес, собственно, инквизитор, как-то странно усмехнувшись.

А мне же становилось все хуже и хуже. Я почувствовала, что стремительно проваливаюсь в бездну, где не было ничего, кроме тьмы и запаха собственной крови.

Я распахнула глаза, резко принимая сидячее положение. От этого излишнего действия голова закружилась, в глазах потемнело, в ушах раздался до отвращения громкий звук. Словно кто-то уронил микрофон, а потом решил сыграть им в футбол.

Подтянув к себе колени и уперев в них локти, я опустила лицо на ладони, пытаясь осознать произошедшее. К собственному удивлению трудностей это не вызвало.