Шоу Подбор (СИ)

Это подло, малодушно и коварно! Да, в этой истории я злодейка, бесспорно, но не стерва. И я бы никогда не позволила себе вступить в кружок ненавистников Армани, воспользовавшись тем, что раньше мы были вместе. Нет! И плевать, какие деньги предлагают эти политики, поехавшие на собственной безнаказанности.

— Да послушай же ты! — закричал Эвард, неожиданно оказавшись рядом и схватив за руку. — Тебе никто не предлагает возглавить их кружок. Всего-то и нужно вернуться к Арчи под прикрытием. Сделаешь вид, что передумала и хочешь замуж за него, а дальше будешь выполнять легкие задания.

— Допрос окончен, — прозвенел голос Клода, неожиданно возникшего в дверном проеме с откровенно зверским выражением лица. Но я лишь мельком отметила это, глядя на Эварда. Нервного, напряженного, с проступившими венками и нахмуренными бровями мужчину, вцепившегося в меня словно железными тисками.

Нет, мне не было больно. Но где-то в глубине души зарождалась смутная тревога, ведь я, по сути, оказалась рядом с человеком, которому нечего терять.

Сейчас же инквизитор словно из неоткуда оказался рядом, хотя секунду назад был в восьми шагах от нас, хлестким движением руки выпустил мой локоть из жесткого захвата дворецкого и, непреклонно и уверенно, подтолкнул в сторону двери с мелькающими в коридоре фигурами других инквизиторов.

— Нет, стой. — прошептала я, дернув его за рукав.

Не обернулся, только продолжил сверлить взглядом Эварда, в мгновение ставшего словно меньше.

— Этель, допрос окончен. — тоном, не терпящим возражений, произнес Клод. — Не вынуждай меня повторять в третий раз. Хватит с тебя. Впервые могу наблюдать за тем, как девушка, впервые проводящая допрос, довела допрашиваемого до нервного срыва два раза.

— Зато пушкой не угрожала, — обидевшись, припомнила я стереотипы о методах ведения допросов Инквизиции.

Я же получила ответы на все вопросы, что они хотели задать! И про торговлю военной техникой, и про сегодняшний инцидент с попыткой отравления. Остался лишь один, тот, что задать мне было важнее всего, но я просто не успела. Так что его обвинения, хоть и не беспочвенны, но оскорбительны.

В ответ Клод бросил на меня ледяной взгляд, в глубине которого плескалась и ярость, и раздражение, и обида. Последнее и привело меня в чувство, заставив прикусить язык.