Шоу Подбор (СИ)

И что тогда? Скандалы с другими родами Арчибальдам были не к чему.

— Уважаемые конкурсантки шоу «Подбор», — радостно поприветствовал всех Калеб, заняв место перед настенным экраном, на котором были выведены результаты испытаний.

На этот раз в помещении было размещено всего тринадцать стульев, как раз под число конкурсанток. На каждом из них восседали девы, принарядившиеся для важного мероприятия. Шелк, бархат, шифон, туфли на шпильках, яркий макияж, оголенные части тела…Но девушки нервничали. Это было заметно невооруженным взглядом, даже несмотря на то, что все дамы удерживали маску величия и холодной вежливости.

Но у одной дергался палец, у другой дрожали коленки, а третья, не стесняясь, грызла наманикюренный ноготь.

Невозмутимость сохраняли только я, Гвен и Вейль, обладательницы самых высоких баллов. Но каждая из присутствующих здесь девушек понимала, что просто очков было недостаточно. При отсеве руководствуются не только баллами за испытания, но и личными симпатиями главного приза. Что, собственно, удивления не вызывает.

Это же ему потом мучиться с женушкой. Конечно, есть такая классная вещь, как развод…но все же.

Мне, в принципе, нечего было бояться, а Гвен и Вейль не считали нужным беспокоиться из-за таких пустяков. Чего-чего, а уверенности у них было достаточно.

— Сегодняшний отсев должен быть одним из самых волнительных собраний в течение всего шоу «Подбор». — Калеб выдержал паузу, играя на камеру и публику. — Ведь только трое из присутствующих здесь девушек смогут попасть в финал и продолжить сложную борьбу за сердце наследника рода Арчибальд.

Напоминаю, что дамы, вынужденные покинуть проект, должны незамедлительно собрать вещи и отбыть из резиденции имени Арчибальд сразу же, после озвучивания результатов.

Девушки молчали, не сводя взгляда с Калеба. И как же чертовски много было во всех их взорах. Страх граничил с уверенностью, испуг с надеждой, злость с душевными терзаниями. Конкурсантки глядели на продюсера шоу «Подбор» так преданно, что будь я на его месте, то не смогла сказать этим, несомненно, прекрасным девушкам тяжелые для всех слова.

И в помещении словно краски начали сгущаться. Там, за окном, царствовал день, летняя беззаботность и жара. Хотелось выскочить из помещения, раскинув руки, со смехом пробежаться по зеленой траве и никогда, никогда не думать о сегодняшнем отсеве. Как же это было нечестно по отношению к ним…

— Аманда Джессика… — хрупкая блондинка, услышав свое имя, вздрогнула.