Шоу Подбор (СИ)

Поэтому, несколько растерянно кивнув, позволила себя втянуть в ее апартаменты, ощущая спиной неприятный холодок от передвижения невидимого для нас инквизитора.

Втащив меня в помещение, девушка тут же рухнула на диван, поджав под себя ноги. А в гостиной царила тьма: шторы плотно задернуты, свет выключен, от незакрытых окон веяло холодом, на столике замерла пустая бутылка вина. Идеальное место для самобичевания и депрессии.

— Ты в порядке? — вопросила я, послушно занимая место в кресле напротив Гвен.

Внешняя подавленность Гвен настораживала. Девушка, казалось, ощущала себя еще хуже, чем я.

— Это такой позор, Этель. — простонала Гвен, спрятав лицо в ладонях, а пальцами вцепившись в волосы.

— Для кого конкретно? — хмыкнула я, закидывая ноги на кресло.

— Для рода Бланд, конечно. — вскинула она глаза, напряженно глядя на меня. — Мало того, что потеряли ребенка, так еще и скрыли это…

— Постой, мои родители сказали, что вы искали меня? — выдавила я, поразившись оттенку собственных слов.

Вроде и спокойно сказала, но в то же время отчетливо слышались едва сдерживаемые эмоции.

— Конечно, — активно закивала она, сверкнув в мою сторону убежденным взором. — Бланд никогда не прекращали поиски. Пусть надежда найти потерянную малышку с каждым годом была все меньше, но мы никогда не останавливали расследование. До сих пор так и не ясно, как же так вышло, что ты, наследница, пропала из родового поместья!

— Так, вы не отдавали меня? — осторожно вопросила я, пальцем вырисовывая неясные линии на подлокотнике кресла.

— Что?! — громко возмутилась Гвен, заставив меня подскочить в кресле. — Род Бланд никогда бы не отдал своего ребенка в приют!

Как на это реагировать я не знала, но невольно выдохнула. Мне стало легче, потому что биородители не отказались от меня намеренно. Все же осознавать, что они от меня отказались было сложно.

— Конечно, тебя украли и специально отвезли в детский дом, без нашего на то ведома.

Без понятия, кому могло это понадобиться, но так или иначе произошла катастрофическая ошибка. — с жаром объяснила Гвен, одним глотком допивая содержимое бокала. — Твоя мама до сих пор не может себе простить, что оставила тебя тогда одну в комнате!

Надо же, не может простить.

Так странно было это слышать, ведь моя мама — Мари Оплфорд, а тут рассказывают о совершенно незнакомом человеке, который на самом деле должен был воспитывать меня.