Шоу продолжается

Этот полет… пусть единение мыслей и чувств уже прошло, но оставило за собой уверенность: Шайран предпочтет умереть, чем причинить мне вред. Я для него – все. Вся его жизнь. Его мир. Разве можно предать такое чувство, разве можно отказаться?

Но когда спина во что-то уперлась – это Шайран прижал меня к двери дома, – я внезапно очнулась. И не смогла. Снова.

– Шайран, хватит… – выдохнула я, когда его губы оставили в покое мои и переместились на шею. – Хватит, пожалуйста.

Он остановился почти сразу. Одна рука по-прежнему сжимала мою талию.

Вторая уперлась в дверь ладонью справа от меня. Шайран дышал тяжело, прерывисто. Я слышала стук его сердца и чувствовала дыхание на своих губах, потому что лицо дракона застыло всего в нескольких миллиметрах от моего.

Меня начало потряхивать. Не от страха или неприятия – от жара, от такого же бешеного стука в груди. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет – настолько сильно оно сейчас колотилось. Но… я смотрела на Шайрана и понимала, что не могу. Просто не могу!

– Ты специально? Надеялся, что полет нас сблизит? – спросила сглотнув.

Потому что от слова «сблизит» снова перехватило дыхание и в голове закрутились жаркие картинки.

– Я хотел, чтобы ты знала, что чувствую я.

– Иди в дом, – прохрипел Шайран и резко отстранился, позволяя мне открыть дверь.

Дважды повторять не пришлось. Бросив последний взгляд на Шайрана, снова уловила в его глазах отблески безумия. На миг показалось, что он не выдержит – набросится на меня, не позволит уйти. Но Шайран оставался на месте, и я скрылась в благоухающей прохладе дома.

Умом я все понимаю. Понимаю, что Шайран на грани, что сдерживается из последних сил, а безумие все сильнее им завладевает. Понимаю, что он не хотел причинить мне боль, не хотел напугать. Понимаю, что Ксандр специально все подстроил. Может быть, он добивался даже не того, чтобы Шайран от меня отвернулся, а чтобы от него отвернулась я, увидев, на что способны драконы. Я все это понимаю. Понимаю, что дело в проклятой драконьей связи, затмевающей разум инстинктами, которые так чудовищно были в тот раз спровоцированы.

Но не могу! Что-то все равно останавливает меня.

Наверное, я уже простила Шайрана. По крайней мере, поняла, что он не виноват. Просто мы оба оказались в очень сложной ситуации.

В доме я не бездельничала. Пусть Шайран отсутствовал большую часть времени, я проводила ее с пользой. Отслеживание новостей, которые, впрочем, особо не менялись, много времени не занимало.