Обложка почти развалилась, страницы держались на честном слове, но это была настоящая книга, «Одиссея» в переводе Чапмена.
– Передай ее брату библиотекарю, – Ланселот кивнул в сторону Фрэнка Пенроуза. – И присоединяйся к нам. Хоть ты, брат Бобби, и далеко шагнул по пути просвещения, я думаю, тебе будет полезно послушать это еще раз.
Бобби кивнул и послушно уселся на пол.
– О чем он сегодня говорит? – шепотом спросил он у соседа, рыжего Майка Бейтмана с Пелхем.
Майк недавно вошел в ряды Просвещенных, и только-только выучил алфавит, но брат библиотекарь Пенроуз считал, что у парня хороший потенциал – Майк был молод и его кровь еще не пропитала отрава иероплазмы.
– Сегодня привели троих новичков, – шепнул Майк. – Видишь двух чувих? Они и еще один хмырь с Собачьего острова. Ланселот снова завел песню про Артура, Бэббиджа и Грааль."
"– Итак, братья… – Ланселот бросил быстрый взгляд на девушек. – И сестры. Многие из вас уже знают, что Чарльз Бэббидж в тысяча восемьсот пятьдесят первом году от рождества Христова построил свою богомерзкую аналитическую машину, увы, не без помощи вашего покорного слуги, в то время еще носившего имя Джозефа Клемента.
Если бы тогда я знал, к чему это приведет, я бы сделал все, чтобы разрушить этот адский аппарат. Однако же прошлого не воротишь, и тогда я этого не сделал…
Бобби пристроился поудобней и закрыл глаза. При всем уважении к Ланселоту, он слышал эту историю не в первый раз.
– Тогда я попал под влияние одного из величайших алхимиков того времени, Артура Айкина, – Ланселот откинулся на спинку кресла.
– Айкину машина Бэббиджа была необходима для герметических расчетов по созданию новых эликсиров. Он исследовал кровь людей всех профессий и с помощью все более мощных аналитических машин рассчитывал составы эликсиров, способных дать человеку знания и навыки, которых у него раньше не было, или заставить его видеть картины несуществующего и переживать их как спектакль на сцене театра. Так появилась иероплазма.
Айкин и Бэббидж решили, что с помощью иероплазмы они изменят мир – построят новую экономику и придадут Британской империи безграничную мощь, ведь теперь для подготовки любого специалиста достаточно было правильно подобрать состав иероплазмы. Не нужно ни дорогостоящее обучение, ни даже обыкновенная грамотность, которая, зачастую, приводила к тому, что человек начинал слишком много думать и сомневаться в необходимости вкалывать на хозяина до полусмерти.
