Шпион для дочери

Савин у нас — большой любитель распечаток, в электронном виде ему не передается информация.

Беру, куда деваться. И удивленно разглядываю фото, в черно-белых тонах. Молодая, совсем девчонка. Восемнадцать есть? Есть. Уже хорошо.

Савина Алина Анатольевна… Дочь? — Это — моя дочь, если ты до сих пор не понял, — комментирует Савин, — единственная. Потому сразу предупреждаю — чтоб ни один волос… Вообще ни один! Надо ее аккуратно изъять из той… компании, в которой она сейчас, и привезти в Москву. Сделать это скрытно, не пользоваться поездами, самолетами и прочим.

Молчу. Изучаю фото пухлогубой инста-красотки, офигеваю. Ну пипец теперь…

— На все тебе неделя. Максимум — полторы. Туда можешь лететь. Оттуда — только своим ходом.

— Автостопом, что ли?

— Как захочешь. Твое дело — какие средства использовать для выполнения задания.

— Кстати, о средствах…

— Да, отпускные тебе на карту упадут. Но! Карты тоже не светить. Нигде. Пользоваться наличными.

Подробная информация в документах.

— Так это мой отпуск, что ли? — А ты как думал? Вопросы есть? Нет? Свободен.

Немо разеваю рот, даже не придумав, как среагировать на такой цинизм.

Потом складываю листки в рулон и выхожу из кабинета проклятого начальства.

И долго, на длинном выдохе, матерюсь. Затем набираю воздуха в грудь, и опять матерюсь.

Немного отпускает.

Разворачиваю листки, опять разглядываю рожицу Савиной Алины.

Ну привет, мое отпускное приключение.

Отпад. Просто отпад…

Глава 8

Разминка закончена, вполне можно было бы силовые.

Кидаю косой взгляд, залипаю на выставленной из-под покрывала заднице, обтянутой черными трусами.

Зачетная задница, да. Сразу видно, девочка собой занимается. Никогда еще таких гладких не видел, ухоженных. Наверно, кожа ее наощупь — чистый шелк… Волосы — так точно. Блестящие, темные, как шоколад расплавленный. Кажется, даже намотать на кулак не получится, настолько гладкие. Выскользнут…

Образ темных волос в моей пятерне будоражит нижнюю чакру, не дает покоя.

Да чтоб тебя, принцеска ты проклятая!

Злобно выдыхаю, поправляю свободные штаны, от одного прикосновения простреливает по всему телу так, что даже больно.

Злость накатывает еще сильнее от этого, потому решаю повторить плавное Приветствие солнцу номер два. Раз двадцать, пожалуй, хватит для успокоения всех неспокойных чакр в моем бунтующем организме.

Отвлекаюсь, пытаясь переключиться со злости и возбуждения на безразличие.