Шпион федерального значения

«Сушки», заложив вираж, легли на обратный курс.

…Дождя не было. И молнии не было. Был теплый солнечный день. Но вдруг среди этого ясного неба грянул гром. Да еще какой!

Что-то страшно ухнуло так, что задрожала земля. От склонов ущелья отразилось и пошло гулять многоголосое эхо. Среди деревьев поднялось несколько черных фонтанов, вниз густо посыпались посеченные осколками и сорванные взрывной волной листья, ветки и сучья. Люди, лежащие в палатках и сидящие возле костровищ, попадали кто куда и, извиваясь ужами, поползли искать ямки, в которые можно залечь или хотя бы засунуть головы.

Инстинкты, приобретенные на войне, сработали раньше, чем сознание. Еще один взрыв потряс лес, и все стихло.

— Кто стрелял, откуда? Твою мать!..

Орали возбужденные и напуганные чеченцы. Орали не по-чеченски — по-русски. И матерились тоже по-русски!.. Тем более что им только и оставалось, что материться, так как противника видно не было. Противник достал их черт знает откуда, достал и здесь!

Но как они узнали? Откуда?! Какая сволочь навела русских на лагерь?

Большого урона обстрел чеченцам не нанес — больше лесу, — но продемонстрировал серьезность намерений России.

Что было правильно истолковано другой стороной, было истолковано как приглашение к началу переговоров.

В политике всегда так — прежде чем дипломаты станут друг дружке улыбаться и ручки жать, военные должны свой дурной характер продемонстрировать, обронив пару бомбочек. А иначе кто тебя всерьез воспримет?

Военные продемонстрировали.

В Тбилиси намек поняли.

И после вялого обмена нотами «дом отдыха» закрылся. По крайней мере этот…

Удачно проведенная операция лишила чеченских партизан еще одной лежки и еще одного маршрута снабжения. Бегать за бандитами по лесам — дело неблагодарное и безнадежное, куда проще отрезать их от баз снабжения, лишая возможности пополнять бое- и продуктовый запас. И тогда они сами из леса выйдут.

Федералы наступали. Не явно, но верно вытравливая боевиков из укрытий, как тараканов из щелей, куда они забились, даже из тех, которые были не в их доме, которые были на соседней кухне.

Времена открытых боестолкновений остались в прошлом, теперь обе стороны действовали исподтишка, нанося точечные, хорошо выверенные удары по тылам друг друга. И этот процесс обещал быть затяжным. И кровавым…

По степи гулял ветер, катя неизвестно откуда и куда круглые кусты перекати-поля.