Ясное дело, Тео давно уже успел смыться. – Родриг, ты забываешь, что я не архитектор и не строитель. Зачем мне каменщик?
– Да, вот и я подумал: зачем нужен каменщик, который сперва полдня чинит пребывающую в прекрасном состоянии стену, а потом ещё и швыряется направо-налево кинжалами, – подхватил виконт.
– Тебе привиделось, – невозмутимо отозвалась я, отходя от стены, чтобы полюбоваться собственной работой.
Никаких следов того, что здесь совсем недавно летали сгустки огня. – Должно быть, это был дух какого-то каменщика, который мы потревожили.
– Ну что ж, коли так, я, пожалуй, оставлю кинжал этого каменщика себе, – проговорил Родриг, поднимая оружие с пола.
– Дай сюда. – Я требовательно вытянула руку. – Вот что у вас двоих за манера такая – вечно чужие клинки себе прикарманивать?!
Раймонд смущённо кашлянул из гроба.
– А ты что собралась с этим клинком делать? – спросил в свою очередь виконт. – Пойдёшь в гильдию каменщиков искать хозяина?
– Нет, объявление повешу, – огрызнулась я.
– На позорный столб. Дай сюда, говорю, не твоя же вещь.
Родриг под таким напором был вынужден уступить.
– Вы позволите отвлечь вас от беседы? – поинтересовался Дюран, приоткрывая входную дверь и постукивая по ней пальцами с внутренней стороны. – У вас намечаются гости. Сюда идёт барон, и мне кажется, девушке не помешало бы занять своё место подле эрла.
Это было справедливое замечание, и я поспешила запрыгнуть в гроб; Дюран же, усмехнувшись, снова закрыл дверь снаружи.
Вскоре он вошёл в склеп в компании Лайонела.
– Чрезвычайно печальное событие, – говорил барон.
– Да, весьма печальное, – подтвердил помощник шерифа. – И странное.
– Странное? – переспросил Лайонел. – Да, пожалуй. А знаете, что я подумал, Дюран? Мне кажется, Гаспард Нуаре стал слишком стар для своей работы. Теряет хватку. А вот у вас хватка что надо. Что бы вы сказали насчёт того, чтобы занять место шерифа Эвендейла? Ну, когда я вступлю в право наследования? Мне понадобятся в моём окружении люди вроде вас.
– Это… весьма интересное предложение, господин барон, – склонил голову Дюран. – Я буду весьма рад обсудить его… Конечно, после того, как вы проститесь с эрлом.
– Да-да, пожалуй, сейчас, – деловито сказал Лайонел. – К чему тянуть?
Он подошёл к возвышению и недолго думая без особого сожаления произнёс:
– Ну, прощай, дядюшка.
– Прощай, племянничек, – охотно откликнулся Раймонд.
