Он сосредоточился в мысли и энергией своего размышления
Шестая глава
ānando brahmeti vyajānāt ǀ ānandāddhyeva khalvimāni bhūtāni jāyante ǀ
ānandena jātāni jīvanti ǀ ānandaṁ prayantyabhisaṁviśantīti ǁ saiṣā
bhārgavī vāruṇī vidyā ǀ parame vyomanpratiṣṭhitā ǀ sa ya evaṁ veda pratitiṣṭhati ǀ
annavānannādo bhavati ǀ mahān bhavati prajayā paśubhirbrahmavarcasena ǀ
mahān kīrtyā ǁ
Он познал Блаженство как Вечного. Ибо только от Блаженства, по-видимому, рождаются эти создания, а родившись, живут Блаженством и в Блаженство они уходят отсюда и приходят снова.
Это есть учение Бхригу, учение Варуны, чья прочна опора в высочайшем небе. Кто это знает, обретает прочную основу, он становится владыкой пищи и ее поедателем, великим в потомстве, великим в скоте, великим в блистании святости, великим в славе.
Седьмая глава
annaṁ na nindyāt ǀ tad vratam ǀ prāṇo vā annam ǀ śarīramannādam ǀ
prāṇe śarīraṁ pratiṣṭhitam ǀ śarīre prāṇaḥ pratiṣṭhitaḥ ǀ tadetadannamanne prati-
ṣṭhitam ǀ sa ya etadannamanne pratiṣṭhitaṁ veda pratitiṣṭhati ǀ annavānannādo
bhavati ǀ mahān bhavati prajayā paśubhirbrahmavarcasena ǀ mahān kīrtyā ǁ
Не порицай пищу; ибо это твое наставление к труду.
Воистину, Прана есть тоже пища и тело есть поедатель. Тело утверждено в Пране, а Прана утверждена в теле. А потому пища здесь утверждена в пище. Кто знает эту пищу, что утверждена в пище, обретает себе прочную основу, он становится владыкой пищи и ее поедателем, великим в потомстве, великим в скоте, великим в блистании святости, великим в славе.
Восьмая глава
annaṁ na paricakṣīta ǀ tad vratam ǀ āpo vā annam ǀ jyotirannādam ǀ apsu
jyotiḥ pratiṣṭhitam ǀ jyotiṣyāpaḥ pratiṣṭhitāḥ ǀ tadetadannamanne pratiṣṭhitam ǀ
sa ya etadannamanne pratiṣṭhitaṁ veda pratitiṣṭhati ǀ annavānannādo bhavati ǀ
mahān bhavati prajayā paśubhirbrahmavarcasena ǀ mahān kīrtyā ǁ
Не отвергай пищу; ибо это тоже обет твоего труда.
Воистину, воды тоже пища и яркий огонь – поедатель. Огонь утвержден в водах, а воды утверждены в огнях. Здесь тоже пища утверждена в пище. Кто знает эту пищу, что утверждена в пище, обретает себе прочную основу, он становится владыкой пищи и ее поедателем, великим в потомстве, великим в скоте, великим в блистании святости, великим в славе.
