Бытие знает себя как силу, сознание, радость; более великое бытие означает большую силу, сознание, радость.
Если, становясь более великими, мы бы увеличивали боль и страдание, то такое благо не стоило бы обретать. Те, кто говорит, что все равно стоило бы, имеют в виду просто обретение большего чувства самоосуществления, которое само по себе дает большую радость силы существования, так что распространение страдания или утрата других радостей – цена, которую стоит заплатить за это большее ощущение широты, высоты и силы.
Но это не может быть совершенством существа или высочайшей вершиной его реализации. Страдание есть печать низшего статуса. Высочайшее сознание интегрально осуществляется в широте и силе своего бытия, но также интегрально оно осуществляется в радости.
Познавший Брахмана обладает не только радостью света, но результатом его знания становится и нечто безмерное, brahmavid āpnoti.
Он обретает то, что превыше всего, – наивысшее, он обретает высочайшее бытие, высочайшее сознание, высочайшую широту и силу, высочайшую радость, brahmavid āpnoti param.
Наивысшее не есть нечто отстраненное и замкнутое в себе. Оно не просто неопределимое, порабощенное собственной безликой абсолютностью, бессильной определять, созидать, разнообразно познавать себя, вечно погруженной в сон или глубокий обморок поглощенности собой. Высочайшее есть Бесконечное, и Бесконечное заключает в себе Все. Достигший высшего сознания становится бесконечен в бытии и объемлет Все.
Дабы объяснить это, Упанишада определяет Брахмана как Истину, Знание, Бесконечность, а результат Его познания – сокрытый в тайнике, в пещере существа, в наивысшем эфире – как наслаждение исполнением всех желаний индивидуальной души в достижении ее высочайшего самосуществования.
Наше высочайшее состояние есть по сути слияние с Брахманом в его вечности и беспредельности, но, вместе с тем, и связь с ним в радости самоосуществления, aśnute saha brahmaṇā.
И тот принцип Вечного, благодаря которому возможна такая связь, есть принцип его знания, его саморазличения и всеразличения, мудрость, через которую он совершенно знает себя во всем и во всех существах, brahmaṇā vipaścitā.
Радость бытия есть средоточие всех осуществленных ценностей существования, которые мы сейчас ищем в формах желания. Знание ее условий, чистое и совершенное обладание ею есть бесконечная привилегия вечной Мудрости.
