Нифига себе, чуть челюсть мне не снес!"
"Я отскочил и, сделав обманное движение, пробил двоечку в корпус. Но с таким же успехом можно молотить бетонную стену. Да я и не старался работать в полную силу. Это же показуха. В этот момент меня снесло мощным ударом. Будто самосвал налетел. Я почувствовал, как отрывает от земли. В следующий миг деревянная обрешетка выбила дух.
Замотал головой, приходя в себя. В глазах яркие пятна. Вой толпы слышен, как сквозь ватное одеяло. Что же ты, Вовчик, не можешь рассчитать силы?! Пропущу еще пару таких подач и отправлюсь в нокдаун.
Не успел додумать эту мысль – десантура налетел, как сметающий все торнадо. Я закрылся в боксерской защите. Меня швыряет из угла в угол, трещит деревянная решетка. Черт бы тебя побрал, Вован, хотел закричать я, но не мог набрать в легкие живительный кислород.
Если он так херачит в полсилы, то что бывает с врагом в реальном бою?!
Тут он перехватил меня поперек туловища, все закружилось. Я понял, что взмываю вверх. В один миг я увидел сверху сотни рук и голов.
А потом полетел вниз. Утоптанная земля наотмашь ударила в спину и в затылок. Сука… странно… почему я до сих пор в сознании? Попытался перевернуться, неожиданно прилетевший ботинок остановил попытку. Десантура зарычал, обходя клетку по кругу. Люди радостно скандируют:
– Убей! Убей! Убеееей!!!
Ну, все, Вова, извини, конечно, но ты меня заебал. В полную силу, так в полную силу!
Собрав в кулак всю свою волю, я дождался момент, когда буйный десантник отвернется, и поднялся на ноги.
Вскипевший адреналин прогнал муть в глазах и боль разбитого тела. Я запрыгнул на решетку, забрался чуть выше и оттолкнулся в могучем прыжке. Ноги попали точно в цель. Десантник с воплем опрокинулся в пыль. Слетел с короткостриженной башки потертый берет. Ярость помутила мой разум. Прыгнул сверху, не давая этому зверю подняться. Кулаки замолотили в голову, по ребрам.
Да! Будешь знать, как отрабатывать на друге свои десантные приемчики!
Но я рано обрадовался.
Гора злости и мышц подо мной взорвалась, как Йеллоутонский супервлкан. Извернувшись, Вован сомкнул на мне стальные руки, медленно поднялся. И я ничего не могу поделать в смертельном захвате!
Где же этот татарин? Чего он вошкается?
Десантура с ревом закружился и резко отпустил. Моя тушка вылетела, как из пращи, впечатываясь в многострадальную решетку. Но в последний миг перед ударом, я чудом успел сгруппироваться. Жердь с треском сломалась.
