Не обращая внимания на ворчание секьюрити, отправился сначала в раздевалку. С облегчением зашвырнул в угол поганую робу. Умылся. Однако рыбья запашина настолько въелась, что не помогало даже хозяйственное мыло. Надеюсь, к возвращению в Схрон эта вонь выветрится. Не хочется видеть гримасу недовольства на личике Лены. А то еще закроет безлимитный доступ к телу.
Быстро забрал шмотки из шкафчика, оделся. Повесив на пояс револьвер, ощутил мощный прилив уверенности. Ну, теперь поговорим с Филимонычем. Можно даже его нахуй послать.
Усмехнувшись, закурил и последовал за охранником в кабинет лысого сатрапа.
Когда вошли, начальник цеха отложил в сторону комикс про человека-паука и мрачно уставился на меня исподлобья.
– Я гляжу, переоделся уже? Тебя разве кто-то отпустил, Аркадий?
– Да, блин! И так сверхурочно работаю, почти целые сутки! Или что, на третью смену остаться прикажете?! – возмущенно ответил я.
– Ты мне тут поори еще! – рявкнул Филимоныч.
В кабинет заглянул охранник.
– Все в порядке?
– Прикрой дверь, Федырыч, – велел начальник.
– Печать-то мне поставите на справке? – спросил я. – Все ж нормально отработал. И это… аванс бы…
Дмитрий Филимоныч с сопением выбрался из-за стола. Массивная, как у моржа, фигура закрыла свет лампочки. Может, пора уже применить револьвер?
– А теперь слушай сюда, Аркаша… – сказал он. – Или, как там тебя зовут на самом деле? Я ведь навел справки через комендатуру. Никакого Аркадия Скворцова в городе не числится.
– Это, наверно, какая-то ошибка. – Я отступил на шаг.
– Еще и смуту наводишь среди рабочих! Откуда ты? Партизаны? Сопротивление? Сектанты? Ну?
Начальник попытался ухватить меня за ворот, но я отскочил, опрокинув стул. Задрав пальто, выхватил пушку.
– Шпиён! – радостно воскликнул Филимоныч. – Как я и думал. Но ты пистолетик-то брось. Наряд уже едет. Да нет же, они уже, наверно, здесь. Лучше сдавайся. На Арене будет хоть какой-то шанс. А будешь сопротивляться, амеры пристрелят, как бешеного пса!
– Заткнись, жирный! – сказал я. – Руки за голову, к стене! Быстро!
– Да пошел ты! Не выстрелишь, кишка тонка, я же вижу! Федырыч! – крикнул он.
И попер на меня, расставив хапалки.
Бах! Заглянувший охранник с ужасом уставился на залитый кровью пол, по которому катается, подвывая, начальник цеха. Пуля пробила борову ногу. Не жмур, но тоже неплохо. Федырыч еще только потянулся к рации, когда я, перепрыгнув Филимоныча, бросился к выходу. Охранник попытался задержать, но быстрый хук слева остудил его планы.
