Много ли надо человеку для счастья? Сначала потерять то, что дороже всего на свете, а затем неожиданно вернуть. Ну, хоть какой-то позитив за сегодня! Проверил барабан. Порядок. Заряжен полностью.
– Отец, епта, я ж грил, прикончи их, нах! — укоризненно пробасил Вован.
— Дык, покумекал дед, шо Санька надобно дождатьси. Мож, у нево вопросы какие имеются? А уж с этим-то я сам подробно потолкую! – Лесничий с силой приложил валенком в затылок Пахомыча, отчего тот взвыл.
— Оставьте дедушку в покое! – крикнула Маша, резко дернувшись.
И тут же оказалась в лапах десантуры.
– Тихо, киса, спокойно, нах! — произнес он. — С тобой мы отдельно, нах, поиграем, гы…
Девушка умоляюще поглядела на меня, когда Вован, высунув язык через забрало шлема, смачно лизнул ей ухо.
— Да, есть вопросы, — сказал я, не обращая внимания, на ее ужимки. — В первую очередь к этому пареньку!
Подлый школоло в ужасе вылупил глаза. Задергался, как заяц в силке, но старый ветеран держит крепко, надежно.
-- Отпусти-ка его, старче, – попросил я.
– Добре, ну а я с энтим гадом побеседоваю! – прокряхтел Егорыч, переключаясь на Пахомыча. – Говори, собака, шо ж ты старого товарища приморить удумал?
– Да шоб ты сдох! – прохрипел тот, за что тут же получил новый удар прорезиненной подошвой валенка.
Пацан быстро глянул по сторонам, разминая кисть. Отлично, сейчас узнаем, что он знает про Схрон, ВК и вообще. Усмехнувшись, я двинулся к нему.
– Ну, а я телку допрошу, нах! – Вован намотал на руку белокурые волосы. – Не дергайся, епт.
– Отпусти, скотина! – прокричала Маша.
Даня попытался сбежать в этот момент, но тут же растянулся, поскользнувшись в луже крови. В следующий миг воротник его куртки оказался в моей цепкой руке.
– Саня! Блять! Пусти! – заорал ребенок.
– Хуль ты с ним вошкаешься? Ногу пизденышу прострелить, нах, чтоб не бегал! – засмеялся Володя.
Я укоризненно посмотрел на десантника. Вряд ли на планете остались доктора, которые могут вылечить его кукушку. Затем сказал:
– Не бойся, Даня. Мы просто поговорим.
Ты ответишь на мои вопросы и можешь быть свободен."
"– Ладно, нах! Заебали пиздеть! Айда, мартышка! – ВДВшник потащил извивающуюся девушку в один из туннелей.
– Не трожь! – из последних сил выкрикнул Пахомыч. – Не трожь ее, паскудник!
– Не сцы, папаша, солдат ребенка не обидит, нах! – ухмыльнулся Вован. – Занимайтесь тут пока. Я ща, нах!
Суровая правда войны. Я вздохнул. Если женщина взяла в руки оружие – в плен лучше не попадать. Но я за справедливость.
