Вот, блин, ему, наверно, медаль потом дадут, а Санек будет не при делах. Я прогнал недостойную мысль. Главное выполнить задачу.
– Блин! Блин! Блин! – задергался внезапно камрад.
– Что такое?! – Я быстро глянул на монитор.
Теперь он полетел так низко, что видно даже царапины на касках снующих между изб амеров.
– Поднимай выше! Заметят!
– Не могу! Мощность упала! Наверно, аккумы начали сдыхать на морозе!
Егорыч покачал головой, топнул валенком.
– Уводи, уводи его!
– Щас, щас!
Но враг заметил наш дрон.
Я увидел вздымающиеся дула автоматов и ружей. Вспышки. Из-за леса донеслась раскатистая кавалькада. Валера задергался в кресле, яростно выкручивая джойстик. Картинка на ноуте замелькала, квадрик понесся меж домов и сараев. В кадре возник пендос, нацеливающий «эмку» и тут же пропал, аппарат свернул в другой проулок. Еще толпа. Кто-то тянет лапы, пытаясь ухватить дерзкого пришельца, кто-то машет прикладом. Все это быстро остается позади, снова сараи, разбегающиеся с визгом свиньи.
– Бросай его нахрен! Надо валить! – воскликнул я.
Дед, вскинув «Мосинку», с тревогой прислушался.
– Как бросить?! Там же камера за семьсот бакинских!
– Похуй!
Я схватил за рычаг и резко дернул. Квадрокоптер кирпичом спикировал. Грязь и дерьмо брызнули на объектив, в кадре появилась свиной пятак. Хрясь! Изображение, мигнув, исчезло.
– Аааа!!! Саня! НЕТ!!! – Валера сорвал шлем, хватаясь за сердце.
– Сюды топчут, супостаты! – Прохрипел Егорыч, исчезая в ветвях.
– Собираем барахло, они сейчас накроют!
– Я тебе не прощу, не прощу никогда!
Мощная оплеуха прервала истеричный гундеж.
Камрада снесло со стульчика, но зато привело в чувство. Покидав все в рюкзак, прыгнули в лыжи и помчались. За спиной взвыли трубным басом снегоходные движки.
Глава 93
Ругань взбешенных америкашек буквально со всех сторон. Пендосские факи органично сплетаются с матюками бородатых мерзавцев Карловича. Мы, боясь даже пернуть, сидим в дупле огромного дерева. Точнее, это три сросшихся ели, в центре ниша размером с небольшую комнату.
Зубы Валеры отбивают кадриль. У меня руки чешутся угостить гадов свинцовыми вкусняшками. Егорыч напротив — спокойно обхаживает ветошью изгибы «Мосинки»."
"Эх, если б не он, думаю, взяли б нас за жопу быстро. Лесник в очередной раз помог укрыться. С лыжами, рюкзаками, стволами мы с очкастым только и успели вскарабкаться на елку, с которой бешено махал рукавицей старче, шипя, словно лесной кот, и страшно топорща бороду.
