Кандалакша вскипела в миллионах градусов атомного пламени.
А я… умер?
Но как я вижу весь этот ад?
Километровые «грибы», пылающие леса, кипящее море?
Как?!
***
Сквозь надрывный вой и плачь мироздания пробилась мелодия. Словно духовой оркестр. Ангелы трубят в свои трубы что ли? Стал вслушиваться. Полетел на ритмичный звук, который сделался громче, заполняя сознание. Я узнаю мотив… это же… Ленинград! Серега Шнуров встречает меня с того света! Мелькающие вспышки слились в картинку. Шнур, отплясывает и беснуется на стене, хрипя в микрофон.
Но картинка уменьшилась, превращаясь в прямоугольник, рядом с которым краснеет значок YouTube. Блин, как так?! Помотал головой, которая тут же взорвалась болью. Болит, значит, я не распался на атомы?
Мой комп, мой стол, кресло. Посмотрел под ноги. Ковер на месте. Я в Схроне? Зрение окончательно вернулось, стол уставлен пустыми банками из-под пива. Одна опрокинулась, липкая лужа под клавиатурой. Не знаю, как это сделал чертов шаман, но я жив, бляха! Сняв грохочущие наушники, потянулся.
Поднялся с кресла и снова сел, разинув рот. Окно. У меня в Схроне не было окон…
Шатаясь, прошел через комнату. За окном светится ночной Петрозаводск. Открыл створки. В ноздри ударили запахи лета, молодой листвы и недавно прошедшего ливня. Я дома. В своей квартире. Башку ломит, во рту сушняк… вот же я перебрал вчера. Вчера? Так это был сон? Под окном прошелестела шинами тачка, гремя музоном.
Присев на подоконник, закурил.
В памяти прокручиваются эпизоды этого прикольного реалистичного сна. Атомная война, Схрон, сенатор Маккейн, вылазки, дед Егорыч, фашист Ульрих, бои с деревенскими, пендостанский полковник, арена жести, оккупированная Кандалакша, воздушная атака с параплана, «Сайга», верный револьвер, киборг Стас Михайлов, занудный айтишник и безбашенный десантник… Чего только не приснится с бодунища… Ну так это же зашибись! Мир не погиб, Апокалипсис не случился. Это был просто сон… А Лена? Сердце тоскливо екнуло.
Стоп! Надо понять, все приснилось, или шаман действительно запульнул меня в прошлое? Он ведь уже проделывал такой трюк. Тогда я тоже курил какую-то дрянь. Щелчком выкинув недокуренную сигарету, спрыгнул с подоконника. Который сейчас год? Метнувшись к компу, остановил концерт Ленинграда. Открыл календарь. Бля! До БП – два года!
Еще до всей хуйни, до встречи со Стасом, получается? До моей подготовки? Я посмотрел на свои руки.
