Разведка, высланная навстречу им капитаном Солодовниковым, помогла им быстро переправиться на другой берег протоки. Там, в лощине, их встречали комбат и офицер СМЕРШа. Раненого летчика осмотрела Веретеницына. Поменяла повязку. Сделала противостолбнячный укол.
– Как он? – спросил санинструктора смершевец.
– Рана плохая. Но опасности заражения нет. А это главное.
Их всех, вместе с летчиком, тут же погрузили на полуторку и повезли в тыл, на торфяники, где их ждал подполковник Кондратенков.
Глава двадцать седьмая
Радовский вел свою группу параллельно движению советских разведчиков. Их неожиданно оказалось в три раза больше, чем доложило боевое охранение. Похоже, подошло подкрепление. Возможно, Советы действовали несколькими автономными группами, а теперь объединились. Лейтенант Шмитхубер со своими людьми остался собирать искореженные железки советского истребителя. Ну и черт с ним. Хотя их стало меньше, и напасть на Советы, чтобы попытаться отбить пилота, было теперь делом почти невозможным.
Но и выпускать на ту сторону их нельзя. И он приказал радисту выйти на связь с опорным пунктом «Малые Васили». Когда связь появилась, передал шифром следующее: минометной батарее – полная боевая готовность; координаты огня будут сообщены дополнительно; предварительно пристрелять реперы на дальней косе напротив протоки и лес севернее; боеприпасов не жалеть. Рация командира опорного пункта ответила не сразу, через минутную паузу, и очень кратко: вас понял.
Теперь часть ответственности за исход операции он переложил на немцев. Советский самолет, пусть взорванный, в руках лейтенанта Шмитхубера. Он и его люди наконец-то получили то, зачем прибыли сюда из Берлина. Правда, полученное оказалось далеко не в том состоянии, на которое они, возможно, рассчитывали. А разведгруппа Советов – забота Радовского. И Радовский знал, что делать. Он будет гнать большевиков в том направлении, куда они сейчас идут – к линии фронта.
И там, на переходе, перед протокой, когда их движение замедлит естественная водная преграда, минометы опорного пункта сделают свое дело. «Черному туману» останется только прочесать местность и выловить оставшихся в живых и добить раненых. Взять пилота. Живого или мертвого.
Несколько раз над ними пролетали самолеты. То пара «мессершмиттов», то пара советских «яков». Ни немцы, ни Советы не начинали атаки.
