Тут было, как и прежде, весело и уютно, но я никак не мог перестать думать о том, что было не так с этим штурмом. Я то обвинял себя, то бойцов, которые растерялись и не делали того, что мы им объясняли. После бани мы сидели в офисе у «Сезама», и он с задором рассказывал истории из прошлого и настоящего.
Он любил поговорить и в карман за словом не лез. Это был человек-рефлексия, выдающий в эфир «все, что было, что будет и чем сердце успокоится».
— Был замкомандира в Попаске — «Скат». Его еще потом в штаб забрали.
— Его в семнадцатый штурмовой отряд забрали, когда его создавали, — поправил я на автомате «Сезама», который придавался ностальгии и рассказывал сидящим с нами пацанам, как мы готовились.
— Не важно. Короче «Скат» че делает? Какой-то рамс был? Не помню.
— Ко мне он подошел и попросил собрать десять головорезов, чтобы снять фишкарей разведчиков.
— Точно! Там разведка была в Попасной, которые на месяц больше нас уже готовилась. Типа крутые.
А «Констебль» нам ставит задачу: «Достать взрывчатки».
Ну, мы у этих разведчиков чисто пятьдесят кило пластида «отработали». Грамотно на складе их «отработали».
«Сезам» задумался на долю секунды и на автомате выдал голосом судьи:
— Сто пятьдесят восьмая. Часть вторая. Тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору с незаконным проникновением в помещение или иное хранилище. Наказывается сроком до пяти лет.
— Да?! — с удивлением уставился на него «Айболит».
— Но мы-то для страны старались! — хитро прищурившись ответил он.
— Для пользы дела. Потом нужно было засечь инструкторов, которые нас палят.
— «Скана» мы два раза спалили. Он говорит: «Справились», — он стал вспоминать и загибать пальцы: — Был «Айболит», «Абакан» был, «Лентул», я, «Моряк» и «Ростов» был.
— «Бобо» еще с вами был, — добавил я.
— Точно! «Бобо» был. Короче вдесятером. И самое интересное, в чем прикол? Первая разведка тренируется. «Конкистадор» стоит спиной к зданию, а мы оттуда кустами пробираемся. Здание окружили и, получается, я высовываюсь и вижу, «Марат» в мою сторону пошел.
Я специально рисанулся, чтобы его сюда заманить, а нас трое уже в кустах засели. Он в мою сторону идет с этой стороны, а они из кустов с той стороны вылетают и только щелк-щелк — на глазах у всех его кладут. А «Конкистадор» занятие ведет, голову поворачивает и говорит: «О! Фишку, сука, сложили». И «Скан» выходит. Я «Скану» говорю: «Вот. Все сделали». А время еще двенадцать. И он нас отпустил.
