Штурмовик-3. На абордаж!

Постановка задачи

Мне приходилось скрывать тревогу на своем лице во время разговора с парнями, отправляющимися в самое опасное путешествие в своей жизни: в пасть морскому дьяволу, чью ипостась олицетворяли Старейшины во главе с коварным фрайманом Локусом — на остров Старцев. Там подобных зубастых тварей было полное лукошко. Смотрел, и в сотый раз спрашивал себя, смогут ли вчерашние каторжники справиться с заданием, не проколются, не сдадут ли меня с потрохами, когда им начнут вытаскивать кишки из живота по метру в час? Не допусти Кракен попасться парням в лапы пиратов.

Я вздохнул и разлил остатки вина по кружкам, после чего обратился к Призраку с сожалением:

— Не хотел я отпускать тебя, но с таким заданием справишься только ты. Потому что голова твоя работает правильно. Только будьте осторожны, старайтесь поменьше привлекать к себе внимание. Хотя, что я говорю! Если прицепятся — это уже сигнал для вас! Нужно бежать!

— Все нормально, командор, — от развязности бывшего раздолбая давно не осталось следа.

Теперь этот парень, ставший одним из лучших бойцов моего штурмового отряда, благодарил меня за вложенные в него усилия. И невероятно гордился, что наравне, ну или почти наравне, может драться кортиком, палашом и голыми руками с благородными донами. Они его частенько побивали в спаррингах, оставляя на теле неугомонного бывшего каторжанина синяки и кровоподтеки. — Мы же понимаем, куда голову суем. Главное, не попасться, когда будем береговую линию обрисовывать. Мудрец придумал, как дело обстряпать.

В напарники Призраку я выделил Мудреца — низенького коренастого и широченного в плечах мужичка, на лице коего застыли признаки легкого идиотизма, за что, собственно, он и получил свое прозвище. Каторжане, что и пираты — народ с юмором. Но я уже убедился, что Мудрец не такой уж умственно отсталый. Скорее заторможенный, но соображает, если на него не давить, не торопить с принятием решения. Тогда можно доверить ему дело без опаски, что запорет.

— Ага! — одним глотком отпив из кружки половину содержимого, крепыш улыбнулся, обнажив широкие кривые зубы.

Удивительно, как он их умудрился сохранить в каменоломнях. — Будем пропивать золотишко, которое вытрясли у купчиков перед зимними штормами. Кто на пьяных обратит внимание? Ходят себе по острову, последние штаны на бутылку бренди меняют!"

"— Не спейтесь там! — возмутился я. — А то вместо задания окажетесь с булыжником в ногах на дне моря. Вино еще никогда язык на замке не удерживало.