Штурмовик-3. На абордаж!

— Так вы сдрейфили, господа фрайманы? — крикнул кто-то насмешливо. — Дарсийцы от нас позорно бежали, а вы сами хотите отдать Керми?

— Когда на горизонте появятся десятки тяжелых кораблей с сотней пушек на каждом борту и с пятью тысячами отлично обученных солдат, орать по-другому станешь? — я насмешливо прищурился, вычленяя говоруна. — Сколько нас осталось после атаки на караван? Пять вымпелов и двести человек на всю флотилию! Так что я спасаю вас, болваны, а не убегаю в страхе. Когда утихнет шторм, мы вернемся.

— Я с командором, — неожиданно для меня сказал Пегий. — А остальные могут валить, не держу.

Палуба взорвалась криками, пираты ожесточенно махали руками, что-то доказывали друг другу, а я переглянулся с Паскалем и сказал:

— У тебя есть время забрать всех людей, которые не захотят остаться на «Тире». Собери совет, и к обеду я должен знать, с кем ты уйдешь на «Фурию». А я сразу же поднимаю паруса и возвращаюсь на Рачий.

После совещания в матросском кубрике Паскаль оповестил меня о решении экипажа.

Тридцать пять человек переходят на «Фурию», а остальные остаются со мной. Я был полностью доволен раскладом. Пятнадцать человек, среди которых был Пегий с верными друзьями-абордажниками, а также лекарь и кок (удивительно, а я ведь думал, что он меня не переносит на дух!) решили разделить со мной авантюрное путешествие к Дарсии.

Предстояло решить вопрос с командой. Несколько человек просто выдохнутся, работая с парусами и дежуря на вахтах. На «Тире», как пояснил Пегий, экипаж достигал шестидесяти человек, и Лихой Плясун никогда не увеличивал его число.

Выбывшие по причине смерти пополнялись среди захваченных в плен или сманивались с других кораблей."

"— Если ты не намерен рейдировать по морям, то можно справиться и меньшим количеством, — пояснял мне Пегий, когда «Тира», разрезая носом воду, весело неслась к Рачьему. — Поставить или опустить парус можно с помощью твоих головорезов. Но без опытных парней мы рискуем пойти на дно.

— Будем обучать штурмовиков, — у меня не было других вариантов, но правоту Пегого я признавал. По сути, все, кого я брал на борт, были обыкновенными пассажирами, балластом. А если шторм или пробоина в трюме? Даже сознательно сократив число палубных работ, я все равно сильно рискую. — Как только отойдем от Керми, начнем гонять в хвост и гриву. Думаю, грот-матчу от фок-мачты они быстро научатся отличать.

— Ага, и брашпиль от кабестана! — захохотал Пегий.