Штурмовик из будущего 3

Остановился у крыльца, сбил на затылок шапку и с шумом втянул в себя прохладный освежающий воздух. Поймал насмешливый взгляд бойца охраны и встряхнулся.

Григорий взвесил в руках полученную папку, зажал ее под мышкой и не торопясь, смакуя момент, раскрыл коробку. Золотая Звезда Героя сверкнула на солнце.

— Ничего себе! — завистливо протянул рядом кто-то. — Вас можно поздравить?

Дивин поднял голову. Рядом с ним стояли старший лейтенант Матюшкин и еще двое смутно знакомых экспату летчиков.

— Это вам сейчас маршал Жуков вручил? — спросил с придыханием и щенячьим восторгом в глазах Матюшкин.

 — Сам⁈

— Да нет, — пожал недоуменно плечами Григорий. — Генерал Булганин. Член Военного Совета фронта.

— Товарищи офицеры, вы бы отошли в сторонку, — посоветовал недовольным голосом один из охранников Жукова, подойдя к ним от броневика. — Давайте не будем здесь устраивать митинг.

— Да-да, конечно, — засуетился Матюшкин. — И правда, чего мы здесь стоим-то? Кощей, ты сейчас куда?

— Каком кверху, — насупился Дивин.

 — Ну чего зенки вылупил? Меня после ночи подняли, в штаб вызвали, а отдохнуть не дали. Башка трещит, словно с похмелья. Так что я сейчас обратно в землянку и придавлю минут так шестьсот.

— Охренеть! — снова сказал старший лейтенант и уставился на Григория очумелым взглядом. — Вторая Звезда и…спать пойду! — два других летчика тоже смотрели на Дивина с недоумением.

— Да что ты привязался-то? — обозлился экспат. — Да, именно: спать. Мне Шепорцов разрешил к себе в полк смотаться, так что отдохну сейчас и вечером на У-2 к своим ребятам наведаюсь.

Сначала у них награду обмоем, а уж потом, как вернусь, и с вами посидим, обещаю. Не боись, не зажму выпивку. Все, извините, братцы, пойду я пока.

— Опять ты меня обскакал, Кощей, — с притворным сожалением сказал Прорва под одобрительный смех всех собравшихся в летной столовой. Майор Воронцов вместе с Багдасаряном порывался устроить полковой митинг — штука ли, дважды Герой Советского Союза у них появился? — но Григорий уперся и отказался наотрез.

Не лежала у него душа к пышным церемониям, хоть убей. Одно дело, посидеть с немногими оставшимися еще в штурмовом полку «старичками» и разделить с ними нечаянную радость, и совсем другое — сидеть свадебным генералом и слушать трескучие казенные фразы.

— Какие твои годы, — усмехнулся Дивин. — Нагонишь еще.

— Эх, не скажи, Гриша, — закручинился Рыжков. — Ты же сам все прекрасно понимаешь: мы в самом пекле постоянно, со смертью в орлянку играем.