Штурмовик из будущего 3

Впрочем, не будем баловать супостата, пусть себе живет в блаженном неведении.

— Кстати, капитан, удовлетворите мое любопытство, — снова обратился к Дивину липовый англичанин. — А вы специально над моим коллегой решили поизмываться за его недоверие к вашим заслугам или это получилось случайно?

Григорий слегка покраснел.

— Ну, разве что, самую малость, — смущенно признался он. — Так, решил продемонстрировать обычные противозенитные маневры под огнем противника. По нам ведь из всего лупят, даже из автоматов и винтовок.

По головам ведь у фрицев ходим. Каюсь, не рассчитал маленько.

— Да нет, как раз приземление вышло донельзя эффектным! — тихонько хохотнул Гагарин. — Вашим техникам должно быть пришлось здорово потрудиться, чтобы отмыть и проветрить кабину стрелка.

— Бывает, — развел руками экспат. — Я иногда после тяжелого вылета и сам — нет-нет, — а проверяю, когда наружу из самолета вылезаю, сухой парашют или замарал, — признался он.

Князь на мгновение замер, а потом засмеялся уже в полный голос. И чего ржет как конь, недоуменно подумал сбитый с толку Григорий, обычное ведь дело.

Житейское.

— А потом этот пьяный чудак начал требовать, чтобы Мишка-сержант из роты охраны ему какую-то классическую муть исполнил. Это на гармони-то! — один из помощников Зотова, кругленький пухлощекий лейтенант с одинокой медалью «За боевые заслуги» на груди, заливисто рассмеялся. Его собеседник, худощавый старлей из метеослужбы с большой родинкой на щеке, с интересом спросил, улыбаясь.

— Я тебя умоляю, Федюня! — лейтенант даже глаза закатил в притворном ужасе.

 — Он же кроме народных песен больше ничего отродясь не играл. Самоучка. Наловчился у себя в деревне на свадьбах пиликать и все. Так что только глазами похлопал, в затылке поскреб и руками развел. Батя мгновенно сориентировался, толкнул тост за братство союзническое, а его втихую быстренько отослал от греха подальше. На этом все и закончилось. Не веришь? Вон, можешь товарища капитана спросить.

— Верно, все так и было, — подтвердил Григорий.

Он сидел за столом в ожидании начала совещания и лениво слушал вполуха треп других офицеров. — Американец спьяну решил выпендриться и домотался до гармониста. Можно подумать, ему патефона было мало. Вот Хромов скандал и погасил.

— Ты бы поменьше орал, Федя, — опасливо отодвинулся от него штабист. — Не дай бог, Карпухин услышит. Какие-никакие, но все же друзья. Договор у нас с ними.

— Брось, лейтенант, не мороси, — поморщился Дивин. — Ничего такого он и не сказал.