Шумерский лугаль

— Я пришел изгнать гутиев с земель Калама, — еще раз проинформировал я на тот случай, если эшнуннцы не поверили моему гонцу. — Можешь присоединиться ко мне со своей армией.

— Мы уже сами изгнали их, твоя помощь нам не нужна, — быстро, не задумываясь, сказал он.

Видимо, говорит, согласно инструкции старших товарищей.

— Я рад, что вы сумели изгнать гутиев, даже не выходя из города. Теперь буду знать, что это они испугались вас, а не моей армии, — насмешливо произнес я и еще язвительнее порекомендовал: — Можете и дальше трусливо отсиживаться за крепостными стенами, пока мы будет отбивать у гутиев то, что они награбили у вас.

После чего приказал возничему разворачивать колесницу и везти меня к войску. Задерживаться возле города не имело смысла. Надо было догонять гутиев, нагруженных добычей.

63

Ночи здесь не такие жаркие и душные, как в южной части Шумера, и комаров меньше. Не могу сказать точно, но вроде бы местность эта выше уровня моря метров на двести-триста, что и сказывается. Плюс по широкому ущелью, на дне которого протекает река Дияла, постоянно дует освежающий ветер.

Я лежу на овчине. Под головой вторая, поменьше, свернутая рулоном. Спать не хочется, поэтому пытаюсь найти правильные ответы на неправильные вопросы типа «В чем смысл жизни?». Фишка в том, что любой ответ будет выглядеть убогим в сравнение с вопросом.

Я слышу шум в той стороне ущелья, откуда мы пришли. На ночь выставляю два кольца караульных с собаками, ближнее и дальнее, не считая высланных вперед патрулей. Если бы было нападение, уже бы подняли тревогу.

Значит, случилось что-то менее значительное. Может быть, заблудились в темноте и вышли на мой лагерь сопровождающие нас, как говорили на Руси, охочие люди. Голоса и шаги слышатся все четче — идут в мою сторону.

Я встаю и приказываю двум караульным, которые сидят возле костра неподалеку от меня:

— Подкиньте хвороста. Сюда кого-то ведут."

"Ночным гостем оказался юный энси Энтена в сопровождении двух пожилых воинов, Игмиля и Эрибама. Все трое в доспехах, но без оружия, которое, три кинжала, несет командир внешнего кольца караулов.

Он подходит ко мне первым и докладывает:

— Приехали на двенадцати колесницах. Хотят поговорить с тобой. Сказали, что по важному делу. Я повел этих, а за остальными присматривают.

— Все правильно сделал. Оставь их оружие караульным у костра и возвращайся, — приказал ему, а потом обратился к рабу Шешкалле, сопровождающему меня в походе: — Постели им овчины и налей нам всем вина.